Хроники скитальца: Совет драконов

Мьетира не смогла сдержать своего смеха.

– Где я могу его найти?

– Разумеется же, в башне Тирисамдула, мой мальчик. Где еще быть колдуну?

– Вот и славно. Завтра же навещу почтенного Тирисамдула и попрошу его познакомить меня с Агвинаром. Правильно ли я его имя произнес?

– Правильно, мой мальчик, правильно.

– Моя любимая комната свободна?

– Была занята, но я уже распорядилась переселить задержавшегося у меня постояльца. В то же время, стоит признать, что платит он исправно и с девочками моими щедр.

– Я словно домой вернулся. Как же мне приятна твоя забота.

– Как будешь готов, можешь идти в свою комнату. Скажи мне только, чем еще могу угодить тебе? Кого к тебе направить? Желаешь эльфийку? У меня даже есть парочка хорошеньких фастулов.

– Ты же знаешь, я только тебя люблю, а ты все не решишься никак на ночь со мной.

– Боюсь я тебя. Боюсь, проведу ночь, а потом не отпущу тебя никуда, потому что не смогу на других мужчин смотреть.

– Может, я и остался бы у тебя тогда.

– Хватит, мой мальчик, хватит. Ну, так что? Эльфийку?

– Спасибо, моя Мьетира, но я хочу сегодня выспаться.

– Постой! Я знаю, что тебе предложить! Есть совершенно новенькая девочка. Горец! Она все отказывалась работать, но вот прям только сегодня пару часов назад сама подошла ко мне и сказала, что все осознала. Юная совсем, но красивая бесподобно! А глаза, как у дикой кошки. Ну, что скажешь? Уверена, что тебе понравится.

– Только сегодня передумала, говоришь, – задумчиво произнес Аксен.

– Так пусть она тебе и поможет.

– Через час, Мьетира. Давай через час.

Торни: Герой двух войн

И сподвигнет его на падение

И на ментальные омрачения

Та, что возвысить его была должна,

Жаль, что мудростью не обременена.

Сельфиан, когда открыл глаза, увидел перед собой молодую эльфийку, которая с особой заботой и осторожностью меняла повязку на его голове. Он лежал в лазарете Торни-Урбена.

Эльф попытался вспомнить, как он попал сюда, но единственный образ, который всплыл в его голове, – поле битвы и момент, когда на него на полном скаку налетел кочевник с булавой в правой руке. Он нагнулся в сторону, чтобы уклониться от удара, но более ничего не помнил.

Свет из окна освещал бледное лицо санитарки. Ее длинные ресницы сверкали в лучах солнца.