Диадея

Он слегка успокоился и понял, что практически не спал все это время, если не брать в расчет то полузабытье после погони. Ао задремал, когда в шкафу послышался шорох.

– Эй, ты проснулась?

Ответа не последовало. Он встал и заглянул в шкаф. Девочка извивалась, пытаясь стащить с головы пакет. Ао все еще находился в маске.

– Слушай, с твоим отцом все в порядке, сейчас я позову его, и он снимет с тебя пакет, хорошо?

– Папа! – закричала девочка. – Где я? Забери меня отсюда!

В ней пробудилась надежда. Может, ей всего лишь приснился кошмар? Главное, ее отец был здесь!

Венерианские дети взаимно не любили своих родителей, но инстинктивно дорожили ими, потому что те обеспечивали им безопасность, давали кров и пищу, иногда даже баловали, если находились причины.

Существовало негласное социальное правило, которое, при отсутствии любви, имело смысл для тех, кто силился извлечь выгоду из семейных взаимоотношений: родители заботились о детях, чтобы те, в свою очередь, вернули им должок и позаботились о них в старости. Чаще всего это означало оплату содержания в доме престарелых. Бывали и щедрые исключения. Чтобы родители оставили наследство, например. Хотя нередко стариков просто выбрасывали на улицу.

Поэтому Ао отлично понимал, что, когда девочка звала папу, она на самом деле звала не столько его, сколько защиту и безопасность. Ему было странно другое: он убил ее отца у нее на глазах, почему же она продолжает звать его? Наверное, ее детская психика еще не способна воспринять этот факт в полной мере.

Может быть, она даже не поняла, что произошло. Ао решил этим воспользоваться.

– Сейчас-сейчас, папа придет и освободит тебя, только веди себя тихо, хорошо?

Он достал из чемодана пакетик любви и высыпал все содержимое в столовую ложку. Потом подумал, что для ребенка это будет много, и отсыпал обратно половину. Если на взрослого вся доза действует примерно 6—7 дней, как рассказывала Ниэя, значит, ребенку хватит и половины для того же эффекта. Должно хватить. Ао подогрел любовь на ложечке.

Вскоре она забурлила, приняла жидкую форму, и он набрал ее в шприц.

Он вернулся к шкафу.

– Скоро я сниму пакет с твоей головы, и ты увидишь своего отца. Но, милая, пожалуйста, сначала ответь мне на несколько вопросов, – ласковым голосом сказал Ао.

– Хорошо, – снова закивала девочка. Она была на все согласна, лишь бы с нее сняли пакет. К тому же, транквилизаторы все еще действовали.

– Как тебя зовут?

– Греннета.

– Сколько тебе лет?

– Шесть.