Конь с горы Бабырган. Повести

Дядя Коля, умостившись у сторожки на своем излюбленном чурбачке довольно щурился, закручивая самокрутку:

– Ну что готовы?! Тогда слухайте, сюда! Строптивец – то у нас благородных кровей! Недаром гонор показывает!

По дяде Коле видно – ему самому не терпится поделиться тем, что узнал за эти дни…

* * *

Рубин появился на свет на конеферме «Сибирское». Из нескладного жеребенка вырос в красивого годовалого жеребца, привлекавшего к себе внимание конезаводчиков. Вскоре его купил один мужичок из Абакана, занимающийся лошадиными бегами.

На содержание и тренинг новый владелец отдал коня на местный ипподром старому мастеру-наезднику Иванову. Александр Семенович, а на ипподроме просто «Семеныч, прикипел к жеребцу, быстро нашел с ним общий язык. Приучил его и к седлу, и к качалке, и даже обучил трюку вставать на передние колени, когда ему нужно было садиться верхом.

За два года, что Семеныч работал с Рубином, они громко заявили о себе: стали победителями нескольких больших турниров.

Жеребцу предрекали большую карьеру, но неожиданно с Семенычем случилась беда: прихватило сердце.

Рубина отдали молодому горячему наезднику по фамилии Глыбин, жадному до побед. Думали, с конем проблем никаких не возникнет. Но Рубин тосковал по Семенычу. Первое время даже отказывался есть.

Глыбина не признал и на первой же тренировке, когда тот не рассчитал и сильно хлестанул его плеткой, рысак пустился галопом и чуть не перевернул качалку.

После этого Глыбин и Рубин окончательно невзлюбили друг друга. Один хотел, чтобы ему покорились, а другой не хотел повиноваться.

Глыбин кипел от злости.

– Как так?! – негодовал он. – Я из него эту дурь выбью! Возомнил из себя Сметанку!

В тот день когда случилась трагедия Глыбин пришел в конюшни пораньше. Велел конюху задать Рубину овса больше обычного.

– А тренировка? – спросил конюх – тихенький мужичок небольшого роста, разбирающийся в тренинге лошадей. – Тренировка ведь! Бока сколет.

– Делай, чего говорю! – ответил Глыбин.

Потом он взял нагайку и зашел в денник к Рубину. Конь шарахнулся в сторону, положил уши и показал зубы. Тревожно заржал.

Глыбин замахнулся.

– Эх! – вырвалось у него. – Признаешь или нет?!

Рубин повернулся к Глыбину задом – и наездник, осознав опасность, удалился.

Затем попросил конюха запрячь коня.

Выведя жеребца на тренировку, начал гонять его по кругам. Рубин хрипел изгибал шею, бежал.