Ногайские предания и легенды

Ты постараешься, чтобы слава о тебе дошла до нас: это загладит проступки беспечной юности и послужит уроком для других, столь же непокорных детей… Ты, казыварец, оскорбил меня и тем, что проник в мой дом под чужим именем, нарушив этим законы гостеприимства, но я смогу простить и это – и тебе, и твоей невесте! Принимаешь ли ты моё условие? Ответь мне – и как оскорблённому отцу, и как старейшине правоверного народа.

– Но где же будет жить Мейлек-хан все эти годы? – покорно склонив голову, спросил Джелалдин.

– Мейлек-хан, обещаю тебе, будет под строгим присмотром; поклянись и ты, что до срока не будешь пытаться увидеться с ней.

– Да, я согласен, – ответил Джелалдин, – эти условия справедливы. А три золотые монеты с тамгой моего отца – прими как калым.

Князь усмехнулся, перебирая в руках монеты.

– Большего у меня нет, – сказал джигит, – это всё, что досталось мне от покойного отца, а ему – от деда… Я – их наследник… Согласен ли ты, князь, принять от меня залог и дать верное слово, что сдержишь свое обещание…

– Неблагодарный! – вырвалось у князя, но он быстро овладел собой.

– К назначенному сроку, – Джелалдин не сводил глаз с сияющей Мейлек-хан, – я пригоню князю табун самых лучших скакунов Закубанья. А если меня настигнет смерть, наш договор потеряет силу и Мейлек-хан будет свободна.

* * *

Аробная дорога вилась вдоль ущелья, поросшего густым лесом. Черкес Джанка и Джелалдин уходили от погони, уводя с собой двух чистокровных арабских скакунов.

– Торопись, друг Джанка! – кричал товарищу Джелалдин и ещё круче пришпоривал коня. – Если мы доберёмся до Красной крепости, скакуны – наши. А оружие нас не подведёт.

Джанка в ответ закивал головой и в который уже раз оглянулся.

Топот коней преследователей раздавался совсем близко. Послышались выстрелы, и Джанка, развернув на полном скаку коня, привстал на стременах и выстрелил.

– Смотри, Джанка, крепость! Мы спасены! – закричал Джелалдин.

Крепостные стены вырисовывались уже совсем отчётливо, и скачущий во главе преследователей князь Адамей обеспокоенно взмахнул плёткой, показывая на них. Скачущие за ним всадники изо всех сил стали хлестать своих лошадей.

– Быстрей, быстрей! – заметался князь.