Мистический лабиринт. Лирика и мистика

А что же Персефона в это время?

Она была спокойна и мила,

Она любила, но еще не веря,

Гранат из рук властителя взяла.

– Не ешь его, – дракон твердит устало, —

Останешься во тьме уже на век.

– Чудовище, – она затрепетала,

Заметила, как взгляд его померк.

В глазах Аида той тоски истома,

И снова сжалось сердце от любви.

– Мне хорошо здесь, я как будто дома.

– Прости меня, о, матушка, прости,

7.

И зернышко граната проглотила,

И улыбнулась милая девица,

Такая вьюга вдруг там закружила,

Что даже Зевс в пути остановился.

– Что это было? —спросит у Гермеса.

– Она осталась с ним, они твердят.

– И что теперь нам делать, интересно?

– Не знаю, не вернуть ее назад.

– Да что заладил, нет, они не смеют.

– Любить не смеют? —Землю погубить.

– Аиду дела нет, что станет с нею,

Ему во тьме здесь хочется любить.

8.

Не ты ль его сюда тогда поставил,

А сам с усмешкой отсудил Аид.

– Все было так, и мир не знает правил.

– Вот твой Аид тебе и отомстит.

Месть, знаешь ли, холодная закуска,

Ему любовь поможет в этот час.

– Любовь, но здесь опять темно и грустно.

– Лишь для тебя, но счастлив он сейчас.

Ты не получишь, Зевс мой, Персефону,

Но ничего не зная о любви,

Не победишь ты тьму и их влюбленных,

Пошли назад, скорей туда пошли.

9.

И озирался Вестник воровато,

– Ну что за мир, здесь нечего стащить,

Да, за союз жестокая расплата

Сюда Аида было затащить.

– Но кто-то должен в этом мире тоже

Остаться, – виновато Зевс сказал.

– Себя перехитрил и уничтожил

Ты нынче землю, – вестник отвечал.

Так до чертогов грозного Аида

Они дошли и спорили в пути.

Зевс шел, он раздражения не выдал,

Но отшатнулся- Цербер там рычит.

10.

– Откуда эта яростная псина?

– А что ему осталось тут во тьме,

Твой брат и пес – достойная картина,

Такое и приснится вдруг во сне

Так не проснешься, -шутит вестник снова,

Но не до шуток Зевсу в этот час,

Раздавлен тьмою, яростен, взволнован

Он ищет Персефону, снова злясь.

– Нет, дочь свою я не оставлю, ясно,

Найдем и заберешь ее в тот миг.

– Не тешь себя надеждами напрасно,

Я видел Афродиты дивный лик.

11.

– И что она? – Она любовь вселила,

И ты бессилен это изменить.

А Цербер рявкнул, все вокруг бурлило

– Достойно надо просто отступить.

– Но уступать я больше не намерен.