Ломаная прямая

Тонкие срезы лимона, предложенные Савойским на одноразовой тарелочке, окончательно успокоили её, утвердили в той мысли, что всё идёт правильно, что так и нужно.   «Арарат» действовал позитивно и быстро.

Польщенная вниманием благородных донов, Танечка блестела глазами, своевременно и достойно резонировала на шутки Карагодина, держалась вполне комильфо.

«Откуда что берётся! – изумлялся Карагодин. – С такой в любой компании появиться  не стыдно».

– Поедем с нами в Порт-Саид, – неожиданно сказал он.

– Хотите икры? – хищным голосом предлагал Савойский, – настоящей белужьей икры?

Таня кивала головой, смеялась яркими карими глазами. Савойский пошарил у себя в ногах, и действительно выставил на откидной столик 3 банки икры, испросил у Карагодина его высокотехнологичный инструмент, подарок Сёмы, и с сосредоточенным видом принялся банки открывать.

– Вы это серьёзно? – она вопросительно посмотрела на Карагодина.

– Я всё понимаю, – напористо заговорил тот. – Муж, семейные ценности. Но, я же вижу, вы способны на большее. Вы себя сильно недооцениваете.

Таня инстинктивным движением поправила локон, и на обратном движении её руку перехватила проворная лапа соседа. Он накрыл добычу второй ладонью, подержал секунду, словно согревая выпавшего из гнезда птенца. Таня пребывала в некоем гипнотическом оцепенении.

Таня опомнилась, мягко освободила руку из западни карагодинских лап, пролепетала:

– Боже, что мы делаем…

Сердце Карагодина запело. «Согласна! Она согласна!.. Но как хороша, как женственна!»

Он наклонился к Тане, намереваясь сказать ей на ухо что–то очень приятное, ещё не созревший, но уже зародившийся комплимент, ощутил слабый аромат Шанели №5, другой, незнакомый, но совершенно прельстительный аромат Таниной кожи и неожиданно для себя поцеловал Таню за ухом.

– Что мы делаем… – снова прошептала она.

– На такой скорости всё происходит быстро, – пытаясь сгладить свою дерзкую эскападу, пояснил Карагодин, а про себя подумал: «А может быть это судьба?».

Давайте сменим дислокацию…

– Чёрт! – серая клякса икры некрасиво шлёпнулась на рубашку Савойский.