Истории уютного двора. Сборник рассказов

Вечерами они наматывали круги по скверу, обсуждая политическую остановку в мире и последние новости общежития. Нора смеялась так заливисто, так громко, смело подхватывала юношей под руки и быстрым шагом задавала темп. Парни с равным обожанием поглядывали на профиль девушки: Лёша на правый, а Саня – на левый, а Нора смотрела прямо и ничего не замечала.

Так прошло три года. Норины подруги упорно называли её приятелей «кавалерами», подтрунивали над сложностью выбора, а она лишь пожимала плечами и заливисто смеялась над их бестолковым жеманством.

На четвёртом курсе Нора сломала ногу – неудачно, со смещением, долго провалялась в больнице, но потом врачи разрешили вернуться в общежитие. Она лежала в пустой комнате одна, соседки разошлись на занятия, книга приелась, радио надоело. А на улице пышно расцветала весна, щебетала голосами птиц, вползала тёплыми волнами в распахнутые окна. Нора жалела себя и упущенное время, вздыхала, думала о своём будущем, о неизбежном распределении, которое раскидает троих неразлучных друзей по необъятной родине, и они не смогут больше вместе гулять, смеяться и болтать часами.

– Поёшь? – послышалось из окна.

Нора вздрогнула и так резко повернула голову, что в шее что-то громко хрустнуло.

– Санька, дурак! – процедила она, растирая шею. – Ты это как? Висишь, что ли?

– Висю, – с улыбкой согласился Саня, цепляясь за подоконник.

– А зачем?

– Соскучился…

– А Лёшка где?

– На лекции. Конспектирует за нас двоих… за троих даже. Я потом закину тебе, чтоб не скучала.

– Конспект, чтоб не скучала? Шутник!

– Ну, как ты? Лежишь?

– Лежу.

Они помолчали.

– Скоро гипс снимут?

– Через месяц, – вздохнула Нора.

– На раскопки поедешь?

– Вряд ли…

– Я тебя люблю.

– Я знаю.

– И Лёша тоже любит.

– Знаю.

– А ты?

– Не знаю.

Саня грустно улыбнулся и сказал:

– Ладно, лечись давай, – и исчез.

На пятом курсе они вошли в ЗАГС и, не снимая пальто, расписались – красивая, крепкая, остриженная под каре Нора и счастливый, беспрестанно улыбающийся Алексей. Свидетелями были маленькая, щупленькая подружка невесты и лучший друг жениха Александр. Он был рад за молодых, и только в глубине его глаз едва заметно нет-нет, да и вспыхивала грусть.

………………………………………………………….