Медицинское общежитие

Небо плыло на глазах своими облаками и безвременной и безмятежной голубизной. Автобус уходил все глубже под воду, и я видел с бетонного берега только его крышу. Я не стал выжимать все свои вещи, бетон тоже не был против. Нужно было подниматься, я оглянулся. Где-то вдали виднелись невысокие серые дома, но идти туда было так неохота, что я стал оглядываться дальше. Поблизости, вокруг моста, уводящего дорогу куда-то в безрастительность, в песчаную пустыню и туман, не было совершенно ничего. Даже дорога заросла колючей стеклянной неизвестностью.

Осознав то, как автобус мог потерять управление и не вписаться в такой широкий мост, я поднялся и, капая, пошел к домам. B кармане брюк что-то кололо и не хотело промокать, я нащупал что-то сухое и бумажное, и вспомнил.

– Вот твой билет, вот твой автобус. Все в лучшем виде тебе было дано. Где-то звенит звонок. Прощаться.

Облака совсем не перемещались, будто небо заморозили, но никакого холода совершенно не чувствовалось, было очень жарко, я не заметил на небе солнца.

– Сколько ехать?

– Часа два, ты сам поймешь по тому, как дорога пойдет склоном. На всем готовеньком ли счастлив был ты, дурак?

Подниматься в горку не было такой уж сложностью, если бы отяжелевшая от воды и мокроты одежда не тормозила мои ноги. Я дошел до железного щита, еще раз прочитал надпись, которая явно была написана недавно, свежей, красной, краской. Даже подтеки были заметны, и блестели на… солнце на небе я так и не увидел. Я облокотился на щит и снял одежду, появился маленький теплый ветерок, ноги чувствовали песок и колотое стекло.

– Звенит звонок, слышишь?

– Я не хочу уезжать.

– Ты не хотел оставаться. И, это, если увидишь Бога там, то.

– Что?

– Передавай ему привет.

He всем дано поспать. Особенно, когда голова, с одной стороны горячая от… солнце, нет его, а с другой стороны мокрая от одежды.

Счастливый путь…

Я поднялся и продолжил идти по склону вверх. Впереди виднелись дома, поджатые своей серой серостью и песком в воздухе. Дышать было тяжело. Спать хотелось очень сильно, а в голове образовалась какая-то голодная пустота. Голод по мыслям.

Небо хмурилось от своей сущности. Автобус стоял передо мной, где-то звенел звонок. Площадь была совершенно пуста. На сегодня я наговорился с самим собой, попрощался с мыслями и раздумьями.