S-T-I-K-S. Опасный груз

Ну и как прикажете выкручиваться?

И что случится, когда они его не поймут? Решат, что придуривается? Или просто обозлятся? В любом случае шансы на то, что им захочется провести интенсивный допрос, далеко не нулевые.

Как человек, принимавший участие в военных действиях, Карат сталкивался с вещами, о которых хотелось забыть. В том числе с ситуацией, когда у случайно подвернувшегося пленного требовалось срочно выведать некую информацию, от которой в тот момент очень многое зависело. Уже через час от сведений толку не будет ни малейшего, надо выбирать нужные слова сейчас, максимально быстро.

Мгновенно.

По закону подлости, тот пленный решил сыграть в гордого и несгибаемого героя и поэтому вместо вежливых ответов на поставленные вопросы отмалчивался с презрительным видом. И вот тогда началось то, что нейтрально именуется интенсивным допросом.

Через десять минут пленного пришлось пристрелить. Это даже жестокостью не назвать, это был акт милосердия. Современная медицина, конечно, на многое способна, но в окопах реанимацию не обеспечишь, а если и так, кто вернет нос, уши и то, что очень важно для мужчины? Пришить? Можно, конечно, но только не в том случае, когда отрезанное и вырванное скармливали псу на глазах у истязаемого.

Точнее – на одном глазу, оставленном именно ради зрительного давления.

Всего лишь две минуты ушло на то, чтобы презрительный вид остался в бесконечно далеком прошлом. Еще через две минуты залитый кровью кусок мяса не просто говорил, он орал, торопливо выдавая все, что просили и не просили.

Там его и прикопали, в развороченном миной окопчике.

А здесь, можно сказать, всем окопам окопы – сплошная передовая, куда ни плюнь. И Карат сейчас в плену.

Зачем им понадобился пленник? Известно зачем – чтобы на вопросы отвечать.

Вот потому ситуация и пованивает хреном…

В комнату вошел еще один вояка. Карат не разбирался в знаках различия этой непонятно чьей армии, но опытный взгляд подсказал, что это не рядовой.

Ну да, на окопном положении перед командованием расшаркиваться не принято. Конечно, это неписаное правило работает не везде и не перед всеми офицерами, но здесь его придерживаются.