S-T-I-K-S. Человеческий улей

Шуст, у нас тут тихий и приличный город, таких киосков не знаю. Это в секс-шопы надо, а он вроде бы всего один был и остался на той стороне.

– Любители лысого погонять могут отвалить маленько и за свежий «Плейбой» и прочую легкую эротику. Тема вечная, спрос устойчивый, качественные новинки в чести. Найдется тут такое?

– Ну… такое, может, и найдется. Это выше надо, к перекрестку, где трамваи ходят.

– Тогда ходу отсюда. Затаримся тематической литературой для узкого круга ценителей и начнем сваливать из города.

Потом на моей карте покажешь и нарисуешь, где искать магазин со стволами. Это на будущее, вдруг еще когда-нибудь попаду сюда на перезагрузку. Давай, веди к этим трамваям.

Глава 7

Шуст по городу не ходил, а передвигался. Перебежками или пригнувшись, скрываясь за любым намеком на прикрытие. Местами замирал, прислушивался к чему-то, осматривался, подолгу вглядываясь в одну точку. Бывало, доставал при этом маленький бинокль, но обычно обходился глазами.

Карат начал понимать, что до этого ему крупно везло.

Он ведь только под конец начал изображать что-то похожее на игру в прятки. Да и то без заметных успехов. А тут, похоже, столько разных опасностей, что беспечные долго не живут.

В одном месте Шуст долго таращился из-за угла, затем шепнул:

– За мной.

Карат послушался, и вскоре они забрались в подъезд жилого дома. Благо электричества не было, укрепленные входные двери оказались открытыми.

– Что мы здесь делаем, Шуст?

– Пока ничего, но сейчас начнем сидеть на ступеньках.

– От кого прячемся?

– Кусач там. Горошник в смысле.

– Вроде лотерейщика?

– Чуток похуже.

– В смысле опаснее?

– А ты сходи сравни.

– Да я и на слово поверю. В нем тоже эта дрянь есть?

– Что за дрянь?

– Ну там горох, спораны.

– Это не дрянь, а то, что нам больше всего в этой жизни надо, запомни уже, дубинушка. Из зрелого кусача при удаче можно вытащить до пяти споранов. И горошины у него встречаются в несколько раз чаще, чем у лотерейщика.

Хотя бы пару штук таких тварей свалишь, и на одну-две можешь железно рассчитывать.

– А почему ты его и кусачом, и горошником называешь?

– Тут, Карат, все просто, но для новичка запутанно. Зараженный развивается, меняется внешне, при желании можно десятки названий придумать для каждого этапа. Только зачем нам такой геморрой? Свежие зараженные всегда пустые, споранов в них нет, потому их называют просто – пустыши.