Пять рассказов о любви

 – Класс! Только мы с тобой все вымазались в грязи.

– Взгляни, пожалуйста, что у меня там, – попросил Игорь, повернувшись спиной.

– Господи! У тебя кровь, и вся кожа содрана! – воскликнула девушка, в её возгласе прозвучала неподдельная боль. – Скорее к нам на базу!

– Ничего страшного, – попытался успокоить её Игорь.

Полина по еле приметной тропинке сквозь кусты торопливо пошла вперёд, держа Игоря за руку.

– Всё будет хорошо, Игорёк! – чуть не плача, причитала она. – Это всё из-за меня!

Дура упрямая!.

На пляже их ожидал сюрприз – возле собранной и сложенной в кучу одежды стояла Анна Викторовна.

– Как это понимать? – был её первый вопрос, адресованный Игорю. Но голос с металлическими интонациями не предвещал ничего хорошего обоим любителям ночных купаний.

– Мама!.. – успела выкрикнуть Полина.

– Оденься! Бесстыдница! – прервала её Анна Викторовна, подняв с земли и швырнув в лицо дочери сарафан. – А вы, молодой человек! Что вы себе позволяете?! Я в вас ошиблась.

– Мама! – жёстко выкрикнула Полина, не собиравшаяся надевать сарафан на грязное тело. – Игорь спас меня!

Она шагнула к стоявшему с опущенной головой Игорю и повернула его спиной к матери.

– Смотри! Меня унесло течением. От холодной воды начались судороги. Если бы не Игорь, ты бы уже не разговаривала со своей глупой дочерью. Он меня вытащил. Ему самому нужна помощь!

– Что это вас так… – растерянность Анны Викторовны быстро сменилась решительностью привыкшей распоряжаться женщины.

Раньше всех выполнила команду Карина, кинувшаяся со всех ног вверх по ступенькам. Остальные, подождав, пока Полина смоет в реке грязь с тела и наденет сарафан, направились следом.

– Я слышу – собака на берегу заливается. У меня как сердце почуяло! Зачем вы в такую холодную воду полезли? – отчитывала мать свою непутёвую дочь и Игоря, когда они поднимались по лестнице.

– Это всё я виновата! Игорь отговаривал, но ты же меня знаешь, – каялась Полина. – Прости, мамочка.

– Будешь теперь за парня отвечать, выдумщица!

Ополоснувшийся в душе Игорь лежал на животе под ярким светом люстры на мягкой тахте, а над его спиной колдовали феи. Боль можно было терпеть. Сейчас он был даже рад, что всё случилось именно так, как случилось.