Спасибо тебе, Джон! Записки войскового радиста

Сначала мне показалось, что очень много казахов, ан-нет, оказалось половина из них якуты, первое время они казались одинаковы, но со временем я понял, что они сильно различаются, я не хочу никого обидеть, но во – первых якуты все круглолицые, у казахов же лица бывают разные и круглолицые и скуластые и продолговатые и даже узкие, во-вторых у якутов кожа посветлей, в-третьих, как ни странно, глаза у якутов уже, а когда улыбаются их совсем не видно, ну и в-четвёртых, все якуты разговаривают без акцента, у казахов он немного проскальзывает, но это только моё наблюдение, я его никому не навязываю.

Нас всех распределили по взводам, над каждым взводом поставили сержантов, своих воркутян я уже видел редко, теперь, как говорится, каждый сам за себя в этом «законе джунглей». Когда получили форму, мы даже не узнавали друг друга, внешне все сильно изменились, рядом со спортзалом находились две роты – управления и обслуживания, иногда к нам приходили «деды» из этих рот, спрашивали если у кого фотографии с собой с гражданки, как-то у одного из них оказался мой комсомольский билет.

– Ух ты! Мужики смотрите! – Подошли другие «деды».

– Это что? Девка?! – спросил другой и выхватил билет у первого. – Это чей?

– Мой.

– Это ты на фотографии?

– Да.

Он подошёл ко мне почти вплотную и долго сравнивал фотографию, глядя то на меня, то на билет.

– Вернём попозже, – сказали они и ушли

История моего комсомольского билета такова, я не вступал в комсомол ни в школе, ни в училище, но перед армией меня повесткой вызвали в райком комсомола, на тот момент я носил очень длинные волосы, такие длинные, что сзади они были ниже лопаток и хотя сам я скорее светловолосый, но был покрашен в чёрный цвет – подражание аргентинскому футболисту Марио Кемпесу.

«Деды» вернули билет недели через две, уж не знаю, что они с ним делали, но подозреваю, что мой билет был обдрочен со всех сторон.

Наступило время присяги, все её уже выучили наизусть, хотя все и знали, что её будем зачитывать с листа. Присягу принимали сразу по несколько человек, рядом со мной принимал присягу Брылов.