Глухие в Америке

В отличие от замерзших товарищей, сдерживающих натиск толпы снаружи, он выглядел довольным жизнью.

В спешке, в две руки написали мы эту анкету, еще успели один экземпляр испортить, а другой не дописали, кассирша сама заполнила и поставила печать, что оплачено, она спешила домой, но и уйти, не обслужив нас, ей не позволила совесть.

Наконец, все утряслось, и мы встали в нужную очередь, куда-то по ступенькам вверх, где проверят наши анкеты и назначат день собеседования.

Народ, который успел пройти, успокоился, улеглась тревога, что не проскочишь, зря потеряешь день.

Перекрывая приглушенный шум разговоров сидящих людей, раздался веселый тенор дежурного лейтенанта.

– Кто забыл книгу? – кричал он.– Чья эта?

Мгновенно в памяти высвечивается картина, как я ищу в спешке ручку, мне мешает книга в сумке, я ее достаю, кладу на стол, на котором пишу.

Я встаю и начинаю двигаться по направлению к милиционеру, сначала с радостью, что книжка не потерялась.

Увидев голую бабу в облике статуи свободы с бокалом вина, мотающуюся над головами сидящих людей и готовую спрыгнуть с обложки, я замедляюсь, радость моя гаснет, шаги становятся неуверенными.

Я встречаюсь глазами с победно держащим над собой книгу молодым парнем при исполнении и понимаю по мерцающей в его глазах скрытой насмешке, что сейчас он сделает то, что я так не хочу… Я втягиваю голову в плечи, как в ожидании удара.

Розовощекий лейтенант с восторгом поднимает книгу еще выше, совсем высоко над головой и поворачивает ее к себе. На обратной глянцевой цветной и броской обложке вполне отчетливо виден огромный фаллос покрытый следами помадных поцелуев.

– Сексус, – громко читает милиционер, просто выкрикивает в воздух.

Шум затих еще и при первом взгляде на обложку. А сейчас наступила звенящая тишина, в которой я медленно, как во сне шла к проклятой книге.

– Прошу вас, – розовые щеки взяли под козырек, и протянули мне Генри Миллера, а за спиной послышалось хихиканье. Две молодые девчонки, сидящие на лавке за моей спиной не выдержали и прыснули.

– Дочь дает читать, образовывает, – с тоской сказала я.

– Учиться никогда не поздно, – раздался насмешливый тенор из угла. Мой муж.

– Тем более, что в Америку собралась, – подхватил шутку еще кто-то и теперь уже хихикали все.