Плакать от любви. Рассказы

А он – уже будто стелился над коротко стриженым газоном… В такие моменты плоские, широко разбрасываемые лапы его вполне походили на мужские любовные крылья…

Днём, тщательно вылизав своё хозяйство, Митрофан дрых на вахтёрском диване, иногда коротко чихая или слегка поскуливая.

– Вот кобель… – Уважительно обихаживала его женская половина обслуги. – Что расчихался-то?.. Набегался по росе?..

Так случилось, что ни у одной из офисных служащих уже не было мужей, вот Митрофан и стал для них своеобразным мужским символом, вызывавшим у каждой свои, бередящие душу и тело, воспоминания…

– Иди уж, – посочувствовала Аннушка Белянке, – нету твоего.

Заканчивался сентябрь, изрядно похолодало, но Анна Ивановна не спешила перебираться на ночёвку в раздевалку, к грязным вёдрам и мокрым тряпкам.

– Нанюхаюсь ещё этого добра, когда морозы начнутся.

Вот и сегодня, завернувшись в тёплое верблюжье одеяло, она опять устроилась в своём тамбуре, легла на спину и, широко распахнув глаза, уставилась в побелённую потолочную балку.

И тут вдруг – дошло: Вот что меня – так… Да это же запах… Тот самый! Видимо, духи этой, в брючках, остались на фантиках или кармане халата. Французские… Запах счастья и греха. Наверное, муж подарил, а, может, и наш. Не из бедных, как ни как.

И опять, разматываясь невидимой кинолентой, побежали воспоминания. Восьмое марта. Смущённая мужская улыбка, и этот же, только сверхконцентрированный, запах!

– Вот нёс тебе подарить, повесил пакет на ручку, а дверь гаража как ахнет! Вся твоя «Франция» – всмятку… Завтра новые куплю!

…Купишь, только уже не мне, – повернулась на бочок Аннушка, скомкав в ладони шуршащие фантики.

А вот мои, кажется, кончились. Все – до одной!

Лунный свет, шагнув за двойное стекло, залил её всю тревожным серебристым светом, и где-то там, за входной дверью, утробно завопил Митрофан.

– Утром опять обчихается… – улыбнулась она уже сквозь сон, – вот кобелина!.

БАРБИ И СОЛЯНОЙ СТОЛБ

В эту зиму Иришку опять замучили бронхиты. И Женя решила в августе, в свой отпуск, прогреть дочку на юге. В сентябре – в школу, во второй класс! Пропускать нельзя, потом не догонишь.

В Одессе, когда они сошли с поезда и, наконец, дотопали до вокзала, их встретила, видимо, тоже припозднившаяся пожилая пара.

– Петь, а ты говорил, нам не повезёт, что всех квартирантов уже расхватали.