Грусть-Лабинск

Если вы русалка, то почему вы, когда я вас поймал, не взмолились?

Баба удивилась:

– С какого это перепугу я должна взмаливаться?

– Ну а как же, – говорю, – я много сказок про русалок читал. И в каждой говорится, что «русалка», будучи пойманной, «взмолилась». А вы не взмолились, а говорите – русалка. Не верю.

Она искоса так на меня смотрит, прищурилась.

– Ох, – говорит, – какой умный нашёлся. Да, вижу я, что ты начитанный очень, ну просто очень начитанный. Всё-то он знает. А это точно русалки были, а не рыбы какие-нибудь или прочая живность? Не было там невода, случайно? Или их тоже на удочку ловили? Ну да ладно, разницы-то всё равно никакой нет.

Ведь то были сказки, а на деле – по-другому всё обстоит. На деле – ставлю я тебе ультиматум: перестань меня тянуть, или я сейчас из воды вылезу и в глаз тебе дам.

– Сделайте одолжение, гражданка, – говорю, – вылезьте из воды. И мешать не будете, и всё видно сразу станет – какая из вас русалка.

Стала баба подплывать ближе, потом как-то приподнялась из воды.

Вижу: у неё ниже пупка всё чешуей идёт. А самого пупка и нет. Удивился я, испугался немного.

– Ого, – говорю. – А вы как будто и правда русалка.

– То-то же, – говорит баба. – Убедился? Тогда удочку положи, я крючок из хвоста достану.

Скрылась она под водой, крючок извлекла. Потом опять вынырнула.

– Я, – говорю, – гражданка, извинения свои приношу. Никак не думал я, что вы – настоящая русалка. Не думал я, что настоящие русалки в природе бывают.

Она усмехнулась и говорит:

– А какие бывают? Ненастоящие? И почему это им не бывать? Ещё как бывают. Я – живое тому подтверждение.

– Да как же это, – говорю, – не бывает же русалок. Это практически научный факт.

– Ага, – говорит русалка, – ты мне ещё скажи, что единорогов не бывает.

– А что же? – спрашиваю. – И единороги бывают?

Она как засмеётся.

– Да ты, голубчик, как будто головой где-то ударился. Бывают и единороги. Ты что, Ваську нашего не видел?

– Какого, – спрашиваю, – такого Ваську?

– Да единорога нашего.

Он тут рядом бегает, – и показывает на ближайшее поле. – Сходи, – говорит, – познакомься. Он дружелюбный. Покатает тебя, по небу пронесёт.

Удивился я окончательно.

– По какому ещё небу? – спрашиваю.

Русалка смотрит на меня снисходительно так.

– По обычному небу. Он летать умеет вообще-то. Сходи, не бойся. Людей он любит. Только в носу ему пёрышком не щекоти. Он это не приемлет.