Такие разные дороги жизни

И хотя этикет предусматривал после танца не задерживаться возле одной и той же воспитанницы, необходимо приглашать на танец других девушек, юноша уже не мог отойти от Дарьи. В течении вечера он приглашал других воспитанниц, сам ловил взглядом фигурку Дарьи, смотрел с кем еще танцует девушка, затем снова приглашал ее. Она только улыбалась, все понимала и не было в ее глазах укора. К концу бала юноша уже не замечал других воспитанниц, хотя среди них присутствовали очень красивые девушки, он видел только глаза Дарьи Сергеевны.

– Увижу ли я вас еще когда-нибудь?

– Быть может, – улыбнулась она в ответ.

И он не решился спросить: где и когда? Ни он не располагал своим временем, ни она до выпуска не вольна своим поступкам.

В казарме, когда в тот вечер юнкера готовились ко сну, один из них посмотрел на притихших товарищей, задумчиво высказался: «Хороши барышни! Только не по Сенькам шапки!». Понимали, в училище учатся юнкера, чьи родители среднего достатка, невест они выбирают из своего круга. Воспитанницы Смольного после выпуска становились фрейлинами императрицы, вхожи в высший свет, замуж выходили за видных политических деятелей или военных. Котлинский целый месяц ходил под впечатлением от той встречи, не надеясь увидеть девушку.

Второй раз Котлинский увидел Дарью весной в городском саду. Он получил увольнительную и решил погулять по городу. Девушка прохаживалась по парковой дорожке в сопровождении няни и матери. На сей раз она одета не в платье института, а в богато отделанную жемчугами юбку, на ней бархатная жакетка, на плечах меховая пелерина. Он взглянул на свои покрытые пылью сапоги, хотел нырнуть в кусты, но девушка заметила его, отступать стало поздно.

– Здравствуйте, Дарья Сергеевна! Здравствуйте, мадам! – поклонился он женщинам.

Девушка улыбнулась, сделала книксен, повернулась к маме, певуче проговорила:

– Знакомьтесь, маман, Владимир… э…

– Котлинский, – напомнил юноша.

– Да. Юнкер военного училища, – пояснила она.