Похищение Европы

Работает официально, ни от кого не прячется, поэтому в отличие от матери приезжает домой на Рождество и на Пасху, когда в России длинные праздники. Так что у нас по современным молдавским меркам «нормальная» такая семья – по скайпу.

Прикрыв за собой кухонную дверь, тихо, но сердито говорю в трубку:

– Чего разоралась? Хочешь, чтобы они услышали?

– Ничего я не орала. Нормально говорю.

– У меня динамик такой, что на всю комнату слышно.

– Да, они всё равно глухие как тетерева. Ты отправишь их однажды? Я уже полчаса, как из ванны вылезла, сижу дура дурой.

В кухне полусумрак. С одной стороны – рифлёное стекло кухонной двери, густо засеянное из прихожей искрами преломлённого электрического света, с другой – окно, в которое сквозь вертикальные жалюзийные жабры скупо цедится зеленоватый неоновый свет.

– Куда отправлю? – с сомнением говорю я. – Они только пришли.

– И что мне делать?

– Потерпеть можешь?

– Могу, но не больше пятнадцати минут.

– А потом?

– Пойду куда-нибудь, – голос в трубке приобретает игривые нотки.

– А чего так? Развод получила?

– Типун тебе на язык! Временно свободная.

– Ладно, потерпи, сейчас тётя Лариса их разгонит, она это умеет. Давай! Перезвоню.

Потирая раскрасневшееся ухо, возвращаюсь в комнату, где старики перетирают всё ту же тему:

– Смысл в том, что водки выпьешь грамм двести, а пиво пьёте литрами, – видя меня, тётя Лариса решительно взмахивает рукой. – Всё! По домам! Не мешайте парню, может ему на свидание надо.

– Да никуда ему не надо, он в последнее время всё дома сидит. – Дядя Павел хитро посматривает на меня, прихлёбывая пиво. – Где эта твоя с короткой стрижкой?

– Не сошлись характерами.

– Так давно уже не сошлись. – Командор косит глазами за монитор, но не решается достать свой стакан. – Пора другую завести.

– Это тебе что? Кошка? Собака?.. Завести! – передразнивает тётя Лариса. – Кормишь, гладишь её, а она тебя за это любит.

За окном слышится шарканье ног по стене, дребезг жестяного отлива с наружной стороны подоконника. Шторы приоткрываются, и в просвете между ними появляется голова моего приятеля Влада. Тётя Лариса от испуга прижимает к груди ладонь.

– Добрый вечер! – Влад лежит животом на подоконнике, оглядывая комнату.