Рождение Феникса. Обрети крылья!

Он смотрел в одну точку и повторял:

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

Пастух не понимал, кого просил. Просто вслух, чтобы хоть кто-то услышал. Но на помощь никто не приходил.

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, ну почему же я? – его голос срывался от слез и переходил в хрип. – У меня забрали стадо, мой дом сгорел, я больше ничего не умею, я даже не смогу создать семью, потому что беден.

Пастух причитал и причитал, пока слез не осталось, а голос полностью не перешел на шепот. Когда стемнело, он наклонился к реке, зачерпнул в ладонь воду, выпил, встал и, шаркая, пошел, куда глаза глядят.

Течение реки остановило свое движение, вода стала подниматься, образуя фигуру девушки в белом одеянии. Ее длинные белокурые волосы, заплетенные в косу, светились под луной. Она сама словно была соткана из лунного света. Маленькие искорки быстро перемещались по контуру ее тела. Девушка вышла из реки и превратилась в обычного человека, спрятав свой свет внутрь себя. Медленно ступая босыми ногами по траве, она направилась за пастухом.

Девушка нашла пастуха сидящим в центре своего сгоревшего дома, от которого только обуглившаяся кирпичная печь осталась. Она подошла к нему и положила свою руку на его плечо. Пастух вздрогнул, посмотрел на нее и спросил:

– Кто ты? – спросил пастух.

– Диессена, – ответила она мягким голосом.

– Странное имя, – безжизненным голосом произнес он и отвернулся.

Диессена села рядом с ним, даже не обращая внимания на то, что ее белое платье может замараться о головешки.

– Какое уже есть, – пожала она плечами.

Они сидели молча, но он чувствовал, что от нее становится ему тепло и спокойно.

– Я – Матвей, – нарушил тишину пастух.

– Слишком простое имя, – ответила она, и они засмеялись.

Его смех сперва был натянутым, а после становился все легче. Их веселье для столь мрачной обстановки было вызовом. От смеха они легли на землю и уже не замечали мрака, а только звезды в чистом ночном небе.

Отсмеявшись, Матвей спросил у Диессены:

– Кто же ты?

– Я давно за тобой наблюдала и пришла, когда тебе нужна помощь.

Матвей кивнул, ему было все равно, он не хотел выяснять больше. Смех хоть и снял напряжение, но ему все равно было очень тяжело на душе. Он не знал, что делать и как быть.

– Как же ты мне можешь помочь?

– Просто доверься мне.

Матвей кивнул, ему ничего и не оставалось, других помощников на его пути не было.