Полет внутрь

Барон фон Ренк, проигравший с утра не одну партию, вот уже в который раз пытался взять верх над каким-то проезжим полковником, степенным и полноватым, как и все представители инженерной службы. Полковник, отдаленно напоминающий самого императора, к тому же имел двусмысленную привычку закладывать правую руку за борт сюртука, всякий раз, как ему удавалось поразить шар барона. Все это сказывалось на игре последнего, и без того излишне нервной и резкой. Зеленое сукно, продранное неловкими ударами кия, усыпанное пеплом и залитое красным вином, поразительно напоминало поле боя – по нем, наподобие ядер, беспрерывно летали щербатые шары, с грохотом сталкиваясь и отскакивая рикошетом от бортов.

И тут изменчивая фортуна склонилась вдруг благосклонно к слабейшему – шары расположились в порядке, дававшем надежду на неожиданный выигрыш. Бледное лицо фон Ренка побледнело еще больше, его усики-стрелки взлетели вверх вместе с коротким носом и верхней губой, обнажая лопатообразные резцы. И вот, вытянувшись во весь свой изрядный рост, отставив далеко назад одну ногу, он буквально прилип к столу, согнувшись почти пополам и вознеся правый локоть едва ли не к самому, довольно низкому, впрочем, потолку.

В этой невероятной позе он замер на несколько секунд, примериваясь к шару. Его сослуживец, приятель и чуть ли не земляк, фон Буслов, взволнованный, кажется, не меньше самого Ренка, пытаясь вникнуть глубже в ситуацию, изогнулся за его спиной, всем телом как бы помогая последнему, при этом в руке он держал длиннейшую голландскую трубку. Многочисленные зрители замерли, вытянув шеи.

Странный треск предварил ожидаемый звонкий щелчок по шару, а вслед и глухой стук возвестил о фатальной неудаче фон Ренка – шар выскочил за борт. Оказалось, произошла нелепейшая случайность – тупым концом кий расколол фарфоровую чашечку трубки Буслова, что, возможно, сбило прицел. Еще мгновение Ренк оставался приклеенным к столу, не веря в произошедшее, затем вскочил, оглядываясь, ища причину, и наконец обнаружил ее.

– Какого черта! – дико вскрикнул он. – Нет, какого дьявола вы торчите у меня за спиной! Вы испортили мне игру! Вы, баварский боров!

Буслов залился огненной краской, запыхтел, поводя руками. Он был жалок и нелеп. – Что же вы молчите, болван! – надрывался Ренк – Да! Чертов болван! Я просадил шесть риксдаллеров! Последние шесть риксдаллеров!

Кто-то громко рассмеялся. Буслов нахмурился и вцепился обоими руками в искалеченный чубук.