Люди пепла

Забудьте уже о том, что было, иначе нам не выжить. Считайте, что начали жить заново. А теперь пару слов о том, как жили до этого. Драмиррес?

Смуглый подкинул нож:

– Неужели по мне непонятно? Слегка подрезал одного богатенького хлыща. До этого он грубо обошелся с моей сестрицей, такое в наших краях не прощается. А когда уродец вернулся с парой братьев, подрезал их уже не слегка. Убийство, да еще и шулерство припаяли.

– А шулерство тут при чем? – удивился Бвонг.

– Да попался с парой высверленных костей в кармане, вот и припаяли для комплекта.

– То есть все же шулерство было.

– Если и было, то не в тот раз. Я ведь тогда ножом работал, а не кости кидал. Миллиндра, давай лучше ты. У тебя такой список – закачаешься, хочу, чтобы народ удивился.

– Чему тут удивиться можно? – пробурчал Бвонг. – Да она бабочке крылышки отрывать не станет, тоже мне, разбойница с большой дороги выискалась.

– Спорим, что она тебя удивит?

– А на что? На твой тощий зад? Да запросто.

– Лучше уж на твой, хотя я бы предпочел твою мамочку.

– Если бы ты видел мою мамочку, то не стал бы такое говорить.

– Если сынок пошел в нее, то я уже почти влюбился.

– Ладно, клоун, давай на три щелчка по лбу. На четыре страшно, еще подохнешь, меня совесть потом замучает. Ну ты, Веснушка тощая, за что тебя к нам отправили? Стащила с прилавка леденец на палочке?

– Да сколько уже можно повторять?! – нервно произнесла Миллиндра и, не отрываясь от раскрытого судового журнала, протараторила: – Незаконное проникновение, взлом, попытка кражи летающего питомца, сопротивление при задержании, нанесение телесных повреждений, попытка убийства.

Бвонг захохотал так, что жир на брюхе заколыхался, а из носа свесилась зеленая сопля. Небрежно смахнув ее ладонью, спросил:

– Ты там кого убить пыталась? Клопа постельного? Муху зеленую? Вот ведь умора!

– Ты удивился, так что подставляй лоб, пока я тебя за долги не порезал, – потребовал Драмиррес.

– Смотри только палец не сломай, хлюпик.

– Не сломаю, не надейся. Раз щелчок, два…

– Айлеф, а тебя за что? – спросил Трой.

– Судя по крестьянской морде, корову украл или овцу, – предположил Бвонг, без эмоций расплачиваясь за проигранный спор.

– Вообще-то я сено воровал, – вздохнул светловолосый здоровяк с простецким лицом.

Бвонг опять захохотал, но тут же осекся:

– За сено в ящик сажать не станут, ты нам что-то не договариваешь. Некрасиво это, будь хоть с нами честен.