Красота, или История одной болезни

Как оказалось, большинство натурщиков позируют не от хорошей жизни. В художественных институтах за обнаженную натуру платят несправедливо мало – около ста двадцати рублей за час. Поэтому позировать в основном идут те, кому больше ничего не остается, как работать за копейки, кто ничего не умеет или ограничен в возможностях. Среди натурщиц попадаются порой молодые и красивые девушки, но долго в институте они обычно не задерживаются. Часто это студентки заочницы других вузов, ищущие подработку. Ни к одной категории я не относилась.

Ни деньги, ни работа, ни даже изобразительное искусство меня не интересовали. У меня была своя цель.

Я пришла в институт к девяти утра, ровно за пол часа до начала занятий. Меня определили в мастерскую станковой графики, заведовал которой профессор Иван Александрович Донской, а встретил меня старший преподаватель мастерской – молодой и стеснительный Даниил Максимович Богушевский. Он провел меня в мастерскую и попросил переодеться в халат. В углу стояла ширма, за которой переодевались, хранили личные вещи и отдыхали натурщики.

Пока я возилась с вещами, молодой преподаватель возился с тканью, создавая постановку.

– Выходите, пожалуйста, давайте попробуем.

Я вышла из-за ширмы и увидела у стены большой черный пьедестал со стулом на фоне белой ткани.

– Если вы готовы, то раздевайтесь, пожалуйста, и садитесь на стул.

– Я готова, как садиться?

– Как вам удобно. Попробуем несколько вариантов, позже подойдет профессор и утвердит итоговый.

В мастерской мы были вдвоем, за дверью уже собирались студенты. Сейчас я должна была полностью обнажиться перед незнакомым мужчиной, а затем и перед другими чужими мне людьми. Но в ту минуту мои мысли занимали только безобразные коричневые пятна на шее и спине. Я не стыдилась обнаженного тела, я стыдилась несовершенного тела.

– Можно я распущу волосы?

– Можно.

Рассчитывая, что волосы спрячут часть пятен, я распустила косу, сняла халат и села на стул, торжественно возвышающийся на пьедестале.

Несколько секунд преподаватель рассматривал меня молча. Я уселась лицом к нему, спиной к стене, так, чтобы он не увидел обезображенных участков моей кожи.

– Вам удобно будет сидеть в этой позе сорок пять минут?

– Думаю, да, – от начальницы отдела натуры я уже знала, что натурщики позируют шесть уроков по сорок пять минут.

– Хорошо, я сейчас позову Ивана Александровича. Подождите, пожалуйста, – молодой преподаватель вышел.