Корм

Складывается впечатление, что кожи нет, оголённая мускулатура запеклась на жаре, извивается запутанными жгутами, причудливо и неравномерно оплетая скелеты, кости которых лишь чудом не прорывают истончённую плоть. Почти голые черепа деформированы, как и всё прочее, без волос, ушей и подбородков, с чёрными провалами вместо носов. Рты, или, скорее, пасти, располагаются не понизу морд, как у нормальных животных, а почти посредине. И когда распахиваются, демонстрируют мощнейшие челюстные аппараты, чуть ли не на две части при этом головы разделяя.

Да уж… неожиданное зрелище.

Вытащить бесчувственное тело из разбитого автомобиля, вылечить, напичкать наркотиками, отшибающими память, закинуть в светящийся куб, усыпить, вывезти в Индонезию и выбросить на берегу, – это Грешник принять ещё может. С трудом, конечно, с сомнениями великими, но может. Однако то, что располагается впереди, выходит далеко за рамки возможностей, доступных самым серьёзным шутникам.

Нет, эта парочка – не актёры, которым придали облик жутких тварей при помощи латекса и грима.

И не животные, которых изменили такими же способами. Внешность и моторика однозначно выдавали в них существ, которых на Земле быть не должно.

Абсолютно чуждые создания.

Омерзительные твари предавались столь же омерзительному занятию. Их нереально-тонкие руки ловко сгибались сразу в двух локтевых суставах, когтистыми пальцами раздирая гниющую плоть и подтягивая её к жадно работающим пастям.

Челюсти двигались проворно и шумно, со скулящими звуками, с костяным хрустом, с сочным чавканьем и пыхтеньем, разбрасывая чёрные капли тухлой крови и белесые личинки мух, коими дохлая собака нафарширована под завязку.

Грешнику нестерпимо захотелось проснуться и забыть то, что сейчас наблюдает. Он даже непроизвольно напрягся, пытаясь вернуть себя в явь. Однако усилия воли хватило лишь на то, чтобы успокоить напрягшийся было желудок, и постараться не выдать себя ни единым звуком.

Надо признать, что прогулка не задалась. Пора возвращаться к воде. Хозяина собаки он вряд ли здесь встретит.

Не сводя взгляда с тошнотворного пиршества, Грешник шагнул назад, начав было разворачиваться. Из-под ног выскочила, ящерица, мастерски прятавшаяся до последнего, но не совладавшая с нервами. И помчалась она, к сожалению, не в заросли, а на прогалину, зашуршав при этом сухой листвой.

Твари обернулись синхронно, будто по команде.