Книга живых

(Он действительно был похож на старинный, обитый обручами, огромный сундук.)

С другой стороны этой аллеи стоял крытый камышом курень. Ну точь-в-точь такой, в котором жил сейчас он сам. С таким же сараем, базом для скота, летней кухней.

Казаков прочитал на воротах в курень табличку, которая гласила, что это казачье подворье начала двадцатого века. И сообразил: значит музейная экспозиция.

На аллее, ведущей от дома, показались две фигуры – давешний казак и рядом с ним сутулый старичок с козлиной бороденкою и в круглых с дужками очках.

«Двое из ларца» подошли, дед начал ручкаться. И не просто поздоровался, а даже потянулся к нему троекратно облобызаться, отчего Казаков слегка смутился. Но Григорий Пантелеевич пояснил свою вольность:

– Отец Анатолий, мне Роман про вас много говорил, рассказывал, как вас встретили они с Дарьей, как вы лихо разоружили этого негодяя, который устроил всю эту бучу.

Разговор, как водится, перешел на только что случившееся. Старичок-экскурсовод в красочных деталях описал историю с налетом, а потом предложил Казакову:

– Может, посмотрите наш музей?

– Отчего ж не взглянуть! – отозвался тот на любезное приглашение.

И они пошли вдоль аллеи к низенькому одноэтажному зданию, что большой подковой расположилось на участке.

Прошли они всего ничего, метров тридцать, и подошли к выложенному из неотесанных камней фрагменту крепостной башни и примыкающей к ней стены.

– Оба-на! Тю!

– Вот вам и тю! – заметил в ответ экскурсовод, видимо, думая, что батюшка потрясен открывшейся скульптурной композицией.

Действительно, на башне красовалась надпись, отлитая из металла: «Жертвам геноцида казачества». А рядом на стене – медный барельеф оседланного коня без всадника. Под ним надпись: «Партизанам – чернецовцам».

А перед стеной – настоящая скульптурная группа: молоденький мальчишка с непокрытой головой, судя по всему, юнкер или кадет, стоит на колене, опершись на винтовку. И еще литая строка: «Кадетам, юнкерам и казакам – защитникам Дона».

А наверху, над ними всеми – крест. Точно такой, какой он нашел в курене. Этот крест и вызвал реакцию иеромонаха. Оказалось, что разгадка-то была рядом. В этом музее.