Великий Жо

– Новый сосед, – двое парней бесцеремонно прошли мимо меня и включили свет в квартире. – Девчонки сказали, что у тебя новоселье.

– Вы видите тут праздник?

– Пока нет. Сёма?

Говоривший крикнул в коридор, и вскоре в дверях появился парень с двумя упаковками пива.

– Ставь сюда, – указал организатор на столешницу.

– Тут со всеми так? – поинтересовался я, зевая в проходе.

– Абсолютно. Теперь можно и представиться – Ваня, – он протянул руку и добродушно улыбнулся. – Ты уж извиняй, что мы так резко, но девочки там вовсю красятся.

– Жора. Я только умоюсь, а вы будьте как дома.

«Девочки у них», – подумал я и заперся в ванной. Сквозь поток воды не слышна была их возня, но, когда минут через двадцать я вышел, квартира была убрана и наспех облагорожена. Они даже где-то гирлянду откопали и притащили огромную колонку. Пятеро парней расслабленно попивали пиво, о чем-то споря. Девушек еще не было.

Подошел Ваня и протянул мне пиво.

– Не люблю, – пробурчал я.

– Трезвенник?

– Не-а, – я усмехнулся и раскрыл чемодан, где лежали три бутылки текилы.

– Опа! Сёма, звони девочкам и говори, что без лайма и соли тут не пускают.

Примерно часа полтора после этого я помнил хорошо. Потом уже промежутками: началась дикая вакханалия, музыка гремела на весь этаж, если не на все здание. Кто-то вроде бы даже приходил жаловаться, но нам было плевать. Новоселье все-таки.

Очнулся я в коридоре с диким сушняком и болью в голове. Забавно, что спал я на подушке и был укрыт одеялом.

Тяжело было сфокусировать зрение и уж тем более подняться – на все про все ушло минут десять. Я глянул на номер соседней двери – 702. Женский подъезд. На всякий случай я прихватил подушку и одеяло с собой и побрел в свою квартиру. Ноги еле передвигались, но каждый шаг все равно резко отдавался в мозгу. Не помню, чтобы раньше было такое дикое похмелье. Хорошо, что я никого не встретил по дороге.

Моя дверь была приоткрыта. На кровати кто-то спал. Я взял бутылку воды со столешницы и вмиг осушил ее. Груда выпитого алкоголя валялась под окном, коробки из-под пиццы и пачки чипсов разбросаны по полу, жутко воняет куревом. Зато гирлянда еще светится.

Я прошел до окна и раскрыл его настежь, а после заперся в ванной и долго оживал под прохладным душем. Стало немного легче. Затем оделся в спортивный костюм. На столешнице лежали чьи-то солнечные очки.