Опыты литературной инженерии. Книга 2

Но проводница быстро возразила:

– Вот проверю билеты по вагону и тогда зайду к вам. Никуда ваша сумка не денется.

– Это не моя сумка! – запротестовала Виктория.

– Какая разница? – огрызнулась проводница.

– Милицию позвать нужно, – зябко поежившись, сказала Лидия Алексеевна.

– Вы вещи свои куда-нибудь уберите, – повторила свою просьбу мужчине Виктория, уже без «пожалуйста». Жара давала себя знать.

Мужчина неохотно привстал, поправил подтяжки и начал запихивать свои свертки в верхний багажный отсек.

Как ни странно, проводница через некоторое время пришла и не одна. В дверь купе вслед за ней протиснулся молодой белобровый сержант-милиционер в фуражке, лихо сдвинутой на самый затылок. Виктория приподняла полку, и официальные лица стали внимательно разглядывать сумку.

– Долго я ее буду так держать? – не сдержавшись, вспылила Виктория.

Сержант спохватился, уперся коленом в край полки и снял напряжение с Виктории. На лице проводницы явно проступало недоумение.

– Ну, что? – спросил сержант.

– Н-не знаю, – промямлила проводница. – Вагон закрыт был. А я лично никого не пускала…

– В закрытый вагон не пускала? – вмешался мужчина. – Что ты несешь? А если это террорист подложил? Нам с тобой теперь взрываться надо? Плохо сторожила! Давай, выноси эту сумку. К себе неси! Сама и взрывайся!

Проводница сделала какое-то движение, но милиционер перехватил ее руку:

– Ты что, с ума сошла? Не смей! Нельзя прикасаться! Я сейчас доложу по связи.

– Я к ней прикасалась, – заявила Виктория.

– Да как вы могли? – изумился сержант. – Ведь ясно было сказано по телевизору и вообще: «При обнаружении бесхозного предмета не прикасаться!»

Виктория пристыженно умолкла. Сержант подул в черную коробочку рации:

– «Девятый», «девятый», ответь!

Рация слабо и равнодушно сипела в ответ.

– «Девятый»! – надрывался сержант.

«Девятый» продолжал молчать, как снулая рыба.

– Ничего тут не трогать! – распорядился сержант, осторожно опуская полку.

И спешно покинул купе. Проводница расстроенно присела на полку к Виктории, заставив ее потесниться к окну.

Мужчина фыркнул, встал и вышел в коридор, буркнув по пути:

– Сами взрывайтесь, если хотите. А я хоть подальше отойду.

Лидия Алексеевна вдруг засуетилась и начала протискиваться к выходу, задевая колени проводницы:

– Что поделаешь, взрываться никому не хочется. А мне до Москвы.