Опыты литературной инженерии. Книга 2

С какого-то столика смахнули журналы и мелкую дребедень, и два гостя, сплошь преподаватели из института, и самолично Коля-Коля вызвались сразиться с Витей, изобличить самозванца. Когда достали карты, Витя почувствовал себя в родной стихии и сменил тон:

– Я меньше чем по пять копеек за вист не играю!

Партнеры подняли на него глаза, но тут же согласились. Игра пошла, по ходу пошла и выпивка. Результат вы знаете.

Последнее, что сделал Витя, сидя на своем одеяле, – достал из заднего кармана смятую пачку денег.

Потом каждый год мы старались собраться вместе, особенно, если был повод – кто-нибудь из нашего выпуска получал квартиру. Объединяли два торжества сразу, и у нас здорово получалось. В очередной раз съехались в Севастополе. У Вовки Попова новоселье. Водит он нас, а приехало человек шесть, по пустой квартире, вывел на лоджию. Вдруг запнулся, погрустнел и говорит:

– Вот тут я все хотел застеклить. Пошел в ЖЭК искать стекольщика.

Прошел я в закуток, а там Красный Генерал лежит. Грязный, с седой бородой. По серебряному кольцу еле узнал. Спрашиваю у работяг:

– Это с ним часто?

Они равнодушно отвечают:

– Завсегда.

Так и стоит лоджия не застекленная.

– Ну, как, – спрашиваю у притихшей аудитории, – понравилось? Бежать за бутылкой?

В эту минуту открывается дверь и вваливается самовольщик с бутылкой вина.

– Скучаете? – спрашивает. – Я вам сейчас такую историю расскажу! Вот, бутылку купил по такому случаю. Слушайте: был у нас в институте преподаватель промэлектроники по прозвищу Коля-Коля. И был еще студент по имени Витя. Фамилия его… фамилия его… Шеле…

Я подсказываю:

– Шеметухин?

– Ага, – обрадовался самовольщик, – Шеметухин. Классно играл в преферанс…

– Знаем, – загудела казарма.

Самовольщик совершенно растерялся и бестолково топтался со своей бутылкой в проходе между кроватями.

– Ты в каком институте учился? – спросил я его.

– В Днепропетровском политехническом.

– А на каком факультете?

– На механическом, – механически ответил самовольщик.

– В каком году закончил? – догадался я спросить. Самовольщик назвал дату, на пять лет позже меня.