Опыты литературной инженерии. Книга 3

Или мне это показалось. Я ему покричала, помахала рукой, на что он не отреагировал.

Когда я подошла к нему совсем близко, то увидела, что он не спит, а просто сидит, уставившись глазами в одну точку где-то у себя под ногами. Рюкзак он сбросил; клапан у рюкзака уже почти просох и выглядел бледным, вылинявшим от долгого нахождения под солнцем. Я подошла к нему вплотную, пошевелила его за плечо. Тогда он очнулся, поднял на меня небритую и немытую физиономию. Глаза у него были красные и сильно слезились. Ясно, что обжег их на снегу, если шел без очков.

– Ты из той Группы, что сейчас идет по леднику? – спросила я.

Парень согласно закивал головой. Капюшон он опустил, его всклокоченная шевелюра показалась мне тоже мокрой.

– Откуда вы и сколько вас? – задала ему вопрос я, не соображая, что именно нужно спрашивать для пользы дела.

– Из Донецка, – просипел он в ответ. И замолчал.

– Так сколько вас? – попыталась я снова уточнить. – Ты не ранен?

Видимо, два вопроса сразу ему было трудно понять.

– Нет.

– Сколько вас человек? – настаивала я, представив дикую картину, что я допрашиваю вражеского шпиона.

Он некоторое время соображал, потом выдавил из себя:

– Восемь.

Я мысленно прикинула: шестерых мы видели на леднике. Этот седьмой. А где еще один? Наверное, это и надо у него спросить.

– Мы видели на леднике шесть человек. Ты седьмой. Где потеряли товарища?

– Мы не потеряли, – медленно и тягуче просипел «утопленник», как я его про себя окрестила.

«Господи, – в панике подумала я, – если там наверху еще и погибший! До них добираться часа три, не меньше. Солнце уже сядет. А Димка в кроссовках, в шортах и ветровочке. А если там раненый? И снаряжения никакого! Господи, что же делать?»

Тут у меня как бы раздвоилось сознание. С одной стороны, в голове билась мысль: надо что-то разумное предложить этому парню. А с другой, скакало что-то бессвязное о Димке и о том, что он-то, чертяка, точно полезет на ледопад в своих шортах, я его хорошо знаю.

– Давай, парень, вставай, тут поселок геологов совсем рядом. По дороге расскажешь все остальное. Идти-то можешь? Рюкзак оставь, его потом заберут. Зовут тебя как?

До поселка мы плелись почти час.