Опыты литературной инженерии. Книга 1

Мы с Лешей поняли, что ловить здесь нечего и надо срочно думать об изменении маршрута. Время пока позволяло, поэтому мы развернулись и направились в Ставропольский край, имея в виду осчастливить ничего не подозревающих станичников внедорожной обувкой.

Через сто верст, на берегу Большого Ставропольского канала, пришлось распроститься и с этой мечтой: лишь в одном захудалом хуторе вялая тётка, представившись завмагом, согласилась взять пару ящиков «на реализацию». То есть денег не дала, посоветовав приехать эдак через месячишко.

Хорошо, что хоть взяла ящик под расписку. Лучше бы я купил фиолетовую «Ниву»!

В город я вернулся в мрачной тоске. Леша не потерял надежду получить с меня оплату за извоз, но наотрез отказался хранить галоши в кузове, упирая на то, что завтра ему нужно будет перевозить доски на дачу какому-то богатому хмырю.

Я поскакал по друзьям, у которых были сараи, баньки или что-то в этом роде, желая пристроить неликвидный товар на неопределенное время. Хотя бы для того, чтобы сесть и подумать, что мне с ним делать дальше? Я уже сообразил, что здорово выручил невинномысского свояка Ахмата, сплавившего мне нереализуемое барахло.

Понял также, что в ближайшее время Ахмата мне не найти, чтобы свершить суд скорый и правый. Дамокловыми мечами повисли надо мной невыплаченная ребятам зарплата и перспектива голода в собственной семье.

Ящики, слава Всевышнему, удалось определить на постой у одного хорошего парня. Но таскать их из машины пришлось уже самому.

Леша ушел ужинать, а кого-то позвать на помощь мне было стыдно.

За два месяца сплошного отчаяния галоши удалось растолкать по магазинам. Причем каждый ящик я возил персонально на мотоцикле, охватив своей заботой огромный регион, буквально от Карского моря до пустыни Кара-Кум. С учетом потерянного времени, сожженного бензина и демпинговой цены на мои галоши, убыток составил около сорока процентов. Скажу еще, что сравнительно легко отделался. «Не садись не в свои сани» – гласит русская пословица!

Одно радует – Ахмата я все-таки поймал и, не надеясь на справедливость Фемиды, долго с упоением лупил с учетом же материальных потерь и, как положено, морального ущерба.

Битва за газ

Пан Кмить спрыгнул с подножки на свежий снежок и захлопнул дверцу кабины аварийной машины. Грузовик с ярко-желтой будкой, красной полосой и надписью: «Аварийная газ – 04» икнул пузырем в системе охлаждения и затих, приткнувшись к бровке тротуара.