ОТ ПЕЧАЛИ ДО РАДОСТИ

Поэтому для печи, они собирали хворост, гнилые палки, которые дымили и не давали того жару, какой был необходим. Вот и привозили девушки им уже колотые сухие березовые дрова.

Они оставили у них Семку и отправились назад в село, ведь Марфе придется объясняться с отцом, если он вдруг узнает, что это она отпустила Семена. Наталья никак не могла увидеть Алексея, так как он вместе с другими уезжал ранним утром на дорожные работы.

Андрей Иванович тоже хотел увидеть Семку или его братьев, и хоть что—то узнать о нем.

В тот день, рано утром, придя в конюшню, он с удивлением обнаружил, что Семки там нет.

–Во змееныш! – думал он, как же он выскользнул.

Придя домой, он узнал, что Марфа уехала с Натальей в скит, сыновья ушли на работу в лес, а она, выгоняя корову на выпас, никого там не видела.

–Ты что отец? А какого лешего я там увижу, в нашем сарае- то? недоумевала она.

С вечера, он так разволновался, что долго ворочался и не спал и лишь под утро вздремнул, вот и встал позже всех.

Ругая всех, и прежде всего себя, он было, побежал к дому Ворониных, узнать, не появился ли там Семка и что ему ждать от его братьев.

Он хотел припугнуть Ворониных, что эту брошь положено сдать государству, если не получится с ними договориться. Так, не придумав ничего хорошего, и не узнав ничего о Семке, он терялся в догадках и не знал как себя вести.

Воронины вели себя тихо, ничем себя не проявляли, будто ничего не случилось, что еще больше настораживало Корнева. Он завернул кисет с брошью в старую ветошь и положил в тайник за иконы и стал выжидать, как все повернется, удивляясь, куда же подевался Семка.

Сормов Кузьма Иванович жил с женой и дочерью Натальей в небольшом, но крепком доме, построенным еще его отцом.

Жили дружно, родители его умерли один за другим, оставив крепкое хозяйство и брата, который женился на дочери священника из Нижнего Новгорода, дальнего родственника его отца.

Кроме Натальи, других детей в семье не было, о чем они очень тужили.

Они нанимали работников, когда надо было помочь по хозяйству, относились к ним ровно, исправно им платили, поэтому нужды в них никогда не испытывали.

Так и выросла Наталья, не зная брани и ссор, каких в доме никогда не случалось. Кузьма Иванович был мужиком основательным и, несмотря на тихий нрав, был себе на уме.

Случая упустить выгоду или пользу в любой сделке или работе себе не позволял. Так тихо и неприметно наживал свое добро.