Главный переход

Двое экскурсантов уставились в окна центральной лестничной клетки, выделявшиеся сказочной шириной, отсюда и возникал статус центральности. Тригонометрически окна клетки занимали положение, тяготеющее к углу. Сам дом, имевший угловую форму плана, боковую сторону туловища вытянул вдоль проезда и моста железной дороги, а лицевой он дышал во двор (по сути – изнаночной, не лицевой; с дверями подъездов, стеклянными шахтами лифтов, приделанными позднее. Нечастое для природы явление: лицо наизнанку). «Располагает честностью, – взбреднулось Алексею Степановичу.

 – Его, должно быть, от вокзала отгораживал снесённый дом». Отлепившись мыслью от здания, дядя Лёша сосредоточился на бывшем жильце: «Что у него на душе, а?.. Да… Смотрит, не оторвётся. Волосы длинноватые больно для его времени, или придумываю. Не рассмотрел. И смоляные. Похож на татарина. Район-то у нас татарский, мечеть на проспекте Мира – всю жизнь. Что ж. На ветеринара учился… Глаза неземные, не… нет, да… недобрые».

– Миш, а ты… не татарин?

– Частично.

Вызволенный окинул сторожа, сверху вниз, резко улыбчивым, здешним, «земным» остроумным взглядом:

– Вы думаете: я – злой.

– Что ты…

– Я не злой. Я злюсь. Разница есть… некоторая.

Полуазиатская красота злящегося телепата давила и прохладно обескураживала.

– Дом у тебя… красивый, – повторил вызволитель.

– Красивый. Ещё бы. Как бы внутрь попасть?

– Не знаю, а надо?

– Может, и не надо, но хочется.

– Теперь подъезды все с кодом, будет трудно попасть.

– Но давайте попробуем, всё-таки?

– А давай.

Где Брэм?

– Не шумите. Впереди вон. К дому побежал.

Попав во двор, дядя Лёша приметил Брэма, дежурящего у подъездной двери, ведущей не куда-нибудь, а на лестницу с гигантскими окнами. Тотчас к застывшей под навесом овчарке примкнул и хозяин, дёрнул дверь, ну и щёлкнул пальцами по загадочным кнопочкам над её ручкой.

– Бессмысленно давать им щелбан. Дай-ка я посмотрю. – Сторож потеснил вызволенных и уткнулся носом в панель кода. – Гляди-ка, кнопка два, чуть вдавленная, и семь, и девять.

Ну-ка.

Он нажал одновременно вторую, седьмую и девятую кнопки, потянул на себя, и дверь отворилась.

– Волшебник. – Михаил усмехнулся бессильно.

– Современник подъездных кодов.

И они вошли в подъезд.

– Давайте на седьмой поднимемся.

По широкой и светлой лестнице они взобрались на нужный этаж. Увидев обитую кожей дверь, Михаил впал в уныние.

– Кожаная.

– Да. И внутрь мы никак не попадём.

– А и чёрт с ним.