Главный переход

IV. Ангел-хранитель

В противовес дверцам лифта железную створку в воротах ТЭЦ дядя Лёша открыл по-бандитски. Надеясь увидеть ангела, автоматически сделал пару затяжек, охнул и бросил: «Балда, с папиросой-то не увижу».

Ирина не появлялась. Пришлось втащиться в каморку ни с чем, острее привычого ощущая всю бесполезность сторожевой повседневной деятельности. Бесполезность и скуку.

– Э! Ты чего?!! Тебя три часа не было, ты сдурел? – вытаращив глаза, завопил Михалыч.

– Я ж говорил: по личному делу.

Неужто был нужен?

– Нужен – не нужен… Давай-ка ты чайку теперь организуешь, раз ты нас бросил. Женщину, что ли, себе завёл?

– Хватит, Михалыч, пороть ерунду. Чашку свою давай. Сколько не мыл её?

– На.

– Сень, и ты свой стакан давай.

– Мы завтра опять дежурим, с вечера, на день перерыв, Иван Антипыч распорядился. Смена другая вся заболела, – оповестил Семён, потянулся, сильно зевнул и полез за стаканом.

Вымыв посуду, поставив чайник, вызволитель вместо участия в чаепитии вознамерился без ожиданий, по-человечески перекурить – и оказался таков… под едкое бормотанье коллег.

Светало. Жаждая вычистить разум от мыслей, уставился на ворота и, чуть забывшись, увидел светящийся силуэт. Заулыбался, однако в растерянности предутренних сумерек сторож не мог сообразить, что с ним сейчас не так, наконец, сообразил, виновато потушил сигарету и пошёл к Иеремииле.

– Алексей Степанович, спасибо вам, вы молодец, чудесное начало. Завтра и в следующее ваше дежурство сможете вызволить пару душ? Впрочем, а что я спрашиваю.

Всё сможете. Кстати, не удивляйтесь: отныне схема ваших выходов на пост обретёт ненормированный характер, это временно, во избежание совпадений с нехорошей активностью.

– Что? Хорошо, как скажете. Пусть. А тени?

– Души? Первая находится в доме номер двадцать с дробью двадцать два, двадцать вторая квартира. Квартира жилая.

– Как жилая? Как же я в ней ночью буду?

– Не переживайте. Дом с изюмом, там есть способ остаться незамеченным.

– То есть?

– Смотрите: номер у дома – двадцать дробь двадцать два. Справа – двадцатый дом, слева – двадцать второй; дом посерёдке не на углу, да и улиц других рядом нет. Двадцатый и двадцать второй как бы сжалились над промежуточным и поделились с ним номером. Получается, дом наш – вымысел. Если зайти в старую дверь с улицы, не со двора (этой дверью не пользовались давно), – то жильцы не увидят вас, поскольку о существовании двери никто из них не помнит.