Черная графиня

Кстати, был Маркел самый молодой из этой компании. Но на это не пеняли. Говорили только: «Глянь, как из Маркела нашего энергия прёть, прям как из паровичка».

Упомянем кратко о месте расположения особнячка Маркела, в котором собрались наши гости.

Он находился, да и сейчас пока находится, на Старой Басманной улице. М. Загоскин в книге «Москва и москвичи» так описывает Старую Басманную:

«Басманная улица, некогда знаменитая, а теперь покинутая всеми московскими боярами, которых огромные палаты или стоят пустые, или давно уже перешли в руки богатых купцов, может быть причислена к самым отдаленным и спокойным частям города… Изредка проедут по ней с обычным своим звоном и дребезжанием ободранные дрожки какого-нибудь ваньки, прокатятся тяжелые роспуски ломового извозчика, пролетит на щеголеватом калибре купеческий сынок, и редко, очень редко прогремит по бойкой мостовой карета».

Этот «золотой треугольник» – Старая Басманная, Новая Басманная, да с переулками – Доброслободским, Токмаковым, Гороховским, Плетешковским, – все это и составляло старую Москву.

Жили в этом районе люди необыкновенные.

Александр Пушкин частенько бывал у дяди своего, Василия Львовича, в доме на Старой Басманной. Дом до сих пор стоит близ площади Разгуляй. Здесь же он и хоронил любимого дядю, пройдя скорбный путь от площади Разгуляй до церкви святого великомученика Никиты.

Но оставим старую добрую Москву в покое. Хотя, по правде, этого ни одна власть не делает, в покое не оставляет.

Разрушает постепенно, можно сказать, город, который в упоминаемое нами время, в годы конца XIX и начала XX века, мог считаться в основном городом купеческим. Поэтому, как уже было сказано, гости наши были купецкого сословия.

Причиной визита в удобный особняк Маркела Абрамовича стали два жизненно важных обстоятельства.

Первое – день рождения Маркела. Его решили на семейном совете с супругой, очаровательной дамой, но в возрасте, что и неплохо (кому нужны эти молоденькие польские фифочки), отмечать без помпы.

Призвать двух-трех близких, заказать обед хорошего класса, отпустить прислугу и, наконец, обсудить жизнь свою, и полити к, конечно, а там – все остальное, что подскажет время, в котором наши гости жили. Время, кстати, неспокойное, тревожное, опасное.

Да когда у нашего торгового было другое время. Тать, потом разбойник, и дьяк – он же чиновник, да полицай, да в конце века – террорист.