Черная графиня

Неожиданно для россиян, особенно молодежи, стало объяснимо и возможно – убийства и грабежи можно осуществлять свободно, легко, и еще героем становишься.

Правда, оказывается, если приговор – виселица, это страшно. Но об этом как-то не думалось. И пошел разбойный разгул по империи.

1902 год – убили министра внутренних дел Сипягина, 1904 год – убили министра внутренних дел Плеве, 1905 год – убийство великого князя Сергея Александровича, 1906 год – повсеместные поджоги помещичьих усадеб. В этом же году – взрыв на даче Столыпина – убито и ранено множество должностных лиц и близких Столыпина.

Бесчисленные покушения и грабежи привели к тому, что высокие должности в империи: министры, губернаторы, чины полиции – не стремились получать. Достаточно отметить, что за десятилетний период, с 1901 по 1911 год, было убито и ранено свыше 17 тысяч чиновников и военнослужащих. Даже простой околоточный, уходя на службу, прощался с семьей.

Разбой и грабеж тем временем принес бандитам и террористам только за два года (1905–1906) свыше 1 млн рублей (огромная сумма в упоминаемые времена).

Отличались в терроре и грабежах как партии (социалисты-революционеры, анархисты, максималисты, большевики), так и уголовники всех мастей.

Ленин активно продвигал в жизнь «эксы», считая их необходимыми. Поэтому и «гремели» кассы на вокзалах, почтовые отделения, грабежи почтовых вагонов поездов – все шло в ход «на пользу революции».

Хотя сами руководители проводили время во Франциях и Швейцариях в бесконечных дискуссиях и написании писем в Россию с указанием, как эффективнее убивать, грабить, поджигать, шантажировать и тому подобное.

Кстати, не чурались и нормальной, удобной жизни. Вот что пишет, например, о Савинкове[2 - Савинков – Руководитель боевой организации террористов-эсеров.] великий князь Александр Михайлович[3 - Александр Михайлович, Великий Князь. Книга воспоминаний. Приложение к «Иллюстрированной России». Париж: изд-во «Лев», 1933.

«…Он умел разыскивать истерических молодцов, падких до его красноречия и готовых умереть за революцию. И они действительно погибали, а тем временем Савинков благополучно выбирался в Париж, чтобы продолжать свою приятную жизнь. Там он боролся со всеми существовавшими правительствами, сидя ежедневно от 12 до 2 часов пополудни в ресторане Ларю, и запивал воспоминания о своих чудесных побегах бутылкой превосходного бордосского “Мутон Ротшильд”».