Дети сакморов

Уж в чём, а простодушии Сергея она никогда не сомневался, потому навоображала, наверное, всяких ужасов: и что под забором благоверный лежит с пробитой головой и вывернутыми карманами (хотя выворачивай эти карманы или не выворачивай, а всё едино ничего в них не найдёшь), или что на речном дне он с боку на бок перекатывается, уносимый течением в сторону матушки-Волги, или лежит на железнодорожной насыпи со свёрнутой шей, остановившимся стеклянным взглядом провожая идущие мимо поезда.

Непременно навоображала!

И невдомёк глупой женщине, что всё у него в порядке, что сидит где-то на окраине подмосковного города в компании добрых духов и уплетает их духову пищу, а там, наверное, его на какую-нибудь волшебную перину перенесут, чтобы отошёл он к глубокому, освежающему сну, чтобы потом, с утра пораньше, проснуться да приступить к заданию…

Кстати, к кому заданию?

Разузнать бы, да жене сразу позвонить и успокоить.

Кстати, а сколько стоит золотая цепочка? Надо бы и это узнать, то совершено не понятно, по какому курсу с Апофиуса оплату принимать.

Да, ещё одна закавыка. У духов с таксофонами, судя по всему, напряжёнка. То есть, нет их вообще. Сколько головой ни крути, а ни одного не видно.

Друг с другом-то они, может, через астрал общаются, а с Катериной этот номер не пройдёт. Начнёшь с ней через астрал общаться, та окончательно напугаешь.

Совсем расстроится.

Да, незадача…

Сергей заёрзал беспокойно, затеребил край скатерти.

– Поздно уже, – как бы невзначай сказал он.

И посмотрел выразительно на хозяйку.

– Позвонить хочешь? – тут же спросила она.

«А догадлива волшебница!» подумал Сергей с искренним восхищением и благодарностью.

– Так это запросто! – успокоила его Клотильда.

Сергей с удивлением уставился в оседающую пену сидра.

– Напиток допей да в чашу и говори, – пояснила несмышлёному Клотильда.

Сергей заморгал растеряно.

– Чего непонятного? – подал голос и Апофиус. – Клотильда дело говорит. Тут и мысли твои читать не надо. И так видно, как ты ёрзаешь да на часы смотришь. Самое время семье позвонить. Семья – дело святое, это я тебе как дух говорю!

– А соединят? – слабым голосом спросил Сергей.