Плачь, Тонни

– В наших водах, говоришь? – переспросил Тонни не своим голосом.

– Именно так. И я доставлю ему Вас, живым или мёртвым.

Капитан глубоко вдохнул, расправил усталые плечи и подошёл вплотную к незнакомцу.

– Только мёртвым, только если мёртвым, – произнёс Тонни сквозь зубы.

– Как скажете, капитан, это не имеет большого значения, – также тихо ответил Лука, и тут же ночной утопающий город оглушил выстрел.

– Я капитан Тонни Сэмвел! Вам, склизким отродьям, меня так просто не прикончить. Только не на моей улице, не под моим окном, не в этом городе.

Тонни ловко увернулся от пули, что предназначалась его гордому сердцу, ударил старика локтем в седую голову и выхватил из охладевших рук оружие.

– Думал, я уже никуда не гожусь? Думал, годы взяли своё, и я уже не тот? – яростно закричал Тонни обезоруженному старику, прижимая его сморщенное лицо к мокрой стене дома. Тот в ответ только тихо застонал. Тонкие губы уродливо двигались в попытках что-то произнести.

– Твой грязный хозяин ещё пожалеет, что решил заявиться на юг.

– Напрасно Вы, капитан, так грубы, – наконец выдавил из себя Лука.

– Правда? А проделать дыру в твоей голове – это достаточно вежливо? Не знаю, как ты, старикашка, смог попасть в город, но это явно было твоей последней ошибкой, – Тонни был не просто зол – от ярости тряслось всё его тело.

– Отпустите меня, капитан Сэмвел. Отпустите и обернитесь, – парировал сдавленным голосом Лука, будто его совсем не пугала смерть у правого виска. – Обернитесь, обернитесь.

Тонни ещё крепче сжал руку на шее старика, медленно повернул голову. В пяти метрах от него стояла женщина.

– Доброй ночи, капитан. Моё имя – Венера, – не уступая в учтивости старику, произнесла она.

Своё приветствие Венера сопроводила лёгким поклоном головы. Голос её звучал совсем не по-женски – низко и сипло. Выглядела она соответственно: ростом на голову выше самого Тонни, с широкими, сильными плечами, короткими тёмными волосами и казалось, несколько раз сломанной челюстью.

Капитан был огорошен её образом, но внимание его привлекло то, что она с лёгкостью, одной рукой, удерживала в воздухе в метре над землёй. Своей огромной ладонью она держала за воротник дрожащего, ослабшего Рио.

– Оганез просил быть с Вами повежливее, капитан, но если Вы не отпустите моего друга, я сверну шею Вашему. Вот этими двумя пальцами, – проголосила Венера и свела вместе указательный и большой пальцы свободной руки.