Слиперы

Пленник безропотно дал себя заковать, и только после этого западня открылась.

Комбинатор не ошибся, Егор Павлович не оказал сопротивления, выйдя из клетки.

Поплелся беспрекословно за ним наверх по ступеням, как телёнок на привязи с одной мыслью: лишь бы не убили. Ловцу даже не пришлось подгонять пленника, подтягивая за цепь. Они поднялись на нужный этаж, удар ноги открыл дверь, жертва непроизвольно вздрогнула от грохочущего звука. Кукловод улыбнулся, трюк с дверью удался. В комнате стояло несколько предметов, похожих на спортивные снаряды, турник угадывался сразу.

У стены – три шкафа необычной формы, содержимое их было неизвестно. И это пугало.

«Неужели заставит заниматься физкультурой, – подумал Егор Павлович. – Подумаешь – набрал пару лишних кило, что ж теперь… Ну, из-за живота ног не вижу, так это не беда. Зачем же? Зачем он перекинул цепь несколько раз через перекладину, да еще закрепил крепко внизу?»

Он продолжал размышлять, когда руки у него от натяжения цепи поднялись вверх. И тут до него дошло, что сейчас последуют не физические упражнения, а его будут бить.

Человек в плаще подошел к шкафу и распахнул его. Он разложился как конструктор. Ящики выехали сами со всем содержимым. Похищенному стало еще хуже от увиденного. Шифоньер был напичкан розгами, плетьми, наручниками, разными ремнями, манжетами, веревками, ошейниками.

«О, битьем я не отделаюсь! Он будет меня пытать, сука! Вот же гад свалился на мою голову! Извращенец, садист, больной на голову!», – он уже хотел заорать «Помогите!», но из-за страха из горла вырвался непонятный звук, похожий на шипение гусака, которому вот-вот отрубят голову.

Пленник поздно понял, что дело пахнет керосином. Также поздно напомнил о себе инстинкт самосохранения. Егор Павлович попробовал вырваться из кандалов, но безуспешно.

Мучитель не сразу понял, с какого предмета он начнёт. Решил не спешить: взял конкурный хлыст и направился к жертве.

– Ты чё задумал, скотина? – набрался чуть-чуть смелости и возмущенно спросил Солодов.

Конкурный хлыст заскользил по телу узника.

– Отпусти меня, иначе я на тебя в суд подам, изверг! – не унимался пленник.

– Ох, – это была реакция на каждый удар по его телу, они не причиняли сильной боли.

Продолжался этот «аперитив» недолго. Станислав прошёл к шкафу и взял в руку кнут.

– Тычё творишь, животное? – за этими словами последовала еще одна безрезультативная попытка избавиться от оков.

Рука подняла кнут и резко опустилась, крик сменил легкие всхлипы.