Светилки

Так и живешь разрушено и стыло,

Под мусором житейским задыхаясь,

Когда ничто немило, все постыло,

Нет помощи, кругом беда лихая.

Не браните ее – простужена,

И житье ее бестолковое,

У нее коньяк вместо ужина,

Каждый день у нее все новое.

И умом никак не обижена,

И умений разных палата,

И прочитана уйма книжек,

И большая за это плата.

Ни к чему она не привязана,

Ни зачем душою не тянется.

Обняла да бросила разом, да

В своем краю что скиталица.

Волос русый по ветру волнами,

Статью тонкая и упрямая.

А глаза как лед из весенних вод,

И никто не звал ее мамою.

Никому никогда не аукнется,

И ее никто вслед не окликнет,

Только бабкино ей напутствие —

Мол, вернись, захлопни калитку.

Шелест ветра, гулко от стен и ставен.

Голоса впитались в кирпич и доски.

Кто ты, женщина, кто тебе равен,

И кого ты видишь сквозь пыль известки?

Почему ты, женщина, родилась такая,

Как пеняла бабка – ни святая, ни божия?

Видишь, церковь – не просто камень,

Чаша духа святаго, она поможет.

Неспроста и слезы горьки безутешные —

Значит, душу здесь очищать…

И порой одинокой тоской нездешней

Помнить – дед был, бабка, отец и мать…

2. Бабкин дом

Хватит слез. Беда все не тает,

Жизни убыло лишь на треть.

Где же дом, где бабка святая?

Хоть бы издали посмотреть.

Под березой он, вдоль дороги,

У подножья большого холма.

И сбегали грядки пологие

По бокам в лощины, в туман.

И калитка цела, и забор с наклоном,

И щеколда – наглухо и на гвоздь.

Вам, чужие, мимо, тут по закону,

Если только нечаянный гость…

Ключ под лавочкой, как бывало,

Дверь, как в погреб и в темноту.

Много раз она тут ночевала,

А теперь пришла в пустоту.

И диван, и печка на месте,

И в углу с подзором кровать.

На стене фотографии, крестик…

Неужели же здесь ночевать?

Внучка помнила – здесь родные,

Папа-мама, их путь в Казахстан.

Дед и бабка в фате, вековые

Сосны.

В задней комнате со шкафами,

Где углом выпирала печь,

Сохранилась лежанка с дровами.

Окна с досками поперечь.

И забили их наспех, видимо,

В этой горнице нежилой,

Не хозяйка же их обидела.

Может, просто – чтоб стало тепло.

Только холодно, как в подвале.

Пыль и сор запустения, страх,

Что-то в скомканном одеяле,

И обоев клочки на стенах.

Почему все так валом брошено?

Ведь любила бабушка прибирать.