Вечность придумали осенью

– Ты уже так когда-то шутил, – отозвалась Саша, тщетно пытаясь принять положение, в котором ветер будет наносить ей меньше всего ущерба.

– Не считается. Тогда на улице было теплее.

Она бросила на меня скептический взгляд. Зимой Саша всегда была более склонна к серьёзному тону. А учитывая температуру окружающей среды, которую она регулярно проверяла на своём телефоне в надежде увидеть там улучшения, шутить с ней подобным образом имело ещё меньше смысла.

– Ты тоже можешь попробовать, – несмотря ни на что, продолжал я.

 – Вспомни, например, как сегодня ты понравилась каждому, кто тебя видел – разве это не греет?

– Мне придётся вспомнить что-то более ценное. Господи, да что же так холодно!

– А помнишь, – не унимался я, – как здорово было, когда мы вместе приняли решение покинуть праздник, не дожидаясь его триумфального окончания? Даже ни с кем не попрощались! Здорово же?

Саша сильно замёрзла и даже не думала сотрудничать.

– Здорово будет, когда я попаду в место, где перестанет дуть ветер.

У меня уже глаза болят от него! И слезятся.

– Да и пусть слезятся! – не выдержал я. – Буду считать, что это слёзы радости. Настоящих всё равно не будет.

– Денис, – она остановилась и пристально посмотрела на меня. За пять месяцев наших отношений я уже успел привыкнуть, что по имени она зовёт меня в основном в моменты недовольства. Порой это даже раззадоривало. – Может, ты прекратишь?

На её округлых щеках действительно можно было заметить пару мелких слезинок, в которых отражался лёд, в свою очередь, отражающий свет фонарей.

Из-за этого ситуация приобретала несколько драматический оттенок.

– Если хочешь – могу прекратить навсегда, – бросил я с вызовом, сам не понимая, серьёзно ли я говорю.

Ветер ненадолго утих. В образовавшейся тишине многоточием прозвучали шаги случайного ночного прохожего. Он шёл очень медленно, аккуратно ступая по льду и направляясь в сторону подземки – откуда мы пришли. Пока он проходил мимо, мы с Сашей неразрывно смотрели друг другу в глаза.

Неожиданно у неё скривились губы, то ли подготавливая лицо к плачу (слёзы были уже на месте), то ли готовя рот к презрительной гримасе и таким же словам.

Я не стал ждать, к чему в конечном итоге приведёт эта трансформация. Развернулся и, ни слова не говоря, зашагал в прежнем направлении. Я был уверен, что она тут же пойдёт за мной. Преодолев с десяток метров, я обернулся – Саша стояла на том же месте и в той же позе, глядя на обледенелую дорогу.