33 Клон Марии

Вскоре он оставил меня одну под присмотром темнокожей девушки-робота, в случае если мне что-то понадобится и ушёл по важным делам.

Прислуга мне напоминала больше надсмотрщика, чем помощницу по дому. Мне стало скучно, и я пыталась походить хотя бы по роскошному нескончаемому залу. Меня тянуло на улицу, хотелось вдохнуть свежего воздуха в грудь. Я представляла, насколько воздух вне дома должен быть душистым, но для одного дня в сознании было слишком много эмоций. Я решила слушать мужа и его рекомендации по моему выздоровлению.

Проходили дни и недели, мужа я видела несколько часов в день, а всё остальное время он был занят какой-то работой. Спали мы с ним в разных комнатах, но однажды ночью он навестил меня.

– Выполнение супружеского долга, – сказал он, – доктор нам разрешил заняться любовью».

Странное ощущение испытало моё тело впервые, боль и удовольствие смешивали мои чувства в букете нового разнообразия.

Моё тело окрепло, и я смело бегала по прозрачным ступенькам между этажами.

У меня было всё, но хотелось чего-то большего и неизведанного до сего дня.

Мне было очень скучно, служанка-робот со мной не разговаривала, она лишь выполняла приказы мужа и мои желания по поводу еды или одежды. Подготавливала мне пенистые ванны, приносила украшения для ужина с любимым мужем и выбирала мне вечерние платья. Робот была строгой нянькой, следившей за моей диетой и упражнениями в спортзале. Муж знал о каждом моём шаге, даже сколько раз я ходила в туалет.

Его интерес ко мне как к женщине рос, ночной аппетит тоже. Лев до утра находился в моих объятиях почти каждую ночь. Я решила, что я счастлива, и такое отношение к женщине – стиль жизни. Но никакой информации кроме той, что я видела и знала больше не поступало ко мне.

Однажды я спросила чуть робко у супруга:

– Есть ли у нас книги, хочу почитать в свободное время, когда ты не рядом.

Лев взял себя за подбородок, подошёл ко мне вплотную в своём странном костюме и запахом свежести его любимых духов.

Посмотрев на меня очень подозрительно, он ответил:

– Книги, дорогая моя Мария, были запрещены на планете более сотен лет назад. Оставшиеся экземпляры хранятся в музее с ограниченным доступом, чтобы посмотреть на них. А читать мы доисторический хлам не умеем, всё компьютеризировано и в написании не требуется. Главный центр управления на планете хранит все наши данные, передаваемые через вживленные в нас микрочипы.