Для тебя

Счастье ведь это, только в горсти просо,

Пестрой мозаикой в ладонь собери просто.

Лезет в душу солнце лучом-занозой,

Не приду за любовью к тебе, за новой дозой.

Он ждал

Я как-то мимоходом в его сердце,

Вошла и стала, разрывая его грызть,

Хотела в нем, наверно, отогреться,

Но не смогла я бескорыстно полюбить.

Дразнила, мучила, терзала его раны,

Искала я объятья у других мужчин,

А он прощал мои измены и обманы,

Любовь лепил и поднимал её с руин.

А я опять бежала танцевать по крышам,

Ругалась и кричала – «Сама я по себе,»

И отдаваясь просто так мальчишкам,

По клубам пьяная с сумбуром в голове.

Он принимал любой, больной и пьяной,

Я отогревшись уходила снова в ночь,

Он зашивал в кровавом сердце раны,

Рубцы болели, снова рвали его шов.

А он терпел, носил мне чай в постели,

Все ждал, я оценю, останусь навсегда,

Наивно верил, если рядом с ним согреюсь,

То полюблю неопытно-простого дурака.

А он все ждал, за раной штопал рану,

Душа испепелилась и горела как костер,

Он ждал, когда от жизни я такой устану,

И не дождался.

Ну и ушел, но на душе с чего-то скверно,

И память пустотой пустила в душу боль,

Я благодарна за любовь ему, наверно,

Но холод сердца разрывает меня вдоль.

Прыгай и улетай

Сглотнул торопливо вечер этот бредовый день,

Солнце скривило на окнах луч и исчезло совсем,

Торчат из пустынных строек кости бетонных свай,

В ночь, в неизвестность сверху, прыгай и улетай.

Жизнь истребителем вьётся – штопор или пике,

Без перспективы прорваться, фигу сжимая в руке,

Всё до банальности просто, виски плесни в стакан,

Пялиться тупо глазницами в зеркале тварь-тоска.

Лыко уже не вяжется, утро сглотнуло ночь,

Струйками факт реальности снова вползает в мозг.

Вам никогда не казалось, что в зеркалах – не то?

Надо взглянуть поглубже, вдруг разгадаешь код.

Солнце скривило по окнам в полдень свои лучи,

А вот и вторая бутылка.

По пустырям маняще стройки бетонных свай,

Вверх самолетом бумажным, прыгай и улетай.

Собирала в ладошки я сны

Из снежной зимы тишины.

Собирала в ладошки я сны,

И в преддверии ранней весны.

Ты.

Парила над белой землей,

С надломленною душой,

Ощущая вечность преград,

Ад.

От рук до предплечий боль,

Сквозь тернии, дебри вдоль,

Обетованной земли берега.

Я.