Главная последовательность

Келер кивнул и протянул паспорт.

– Одноместный? – администратор делала вид, что ищет номера в компьютере, хотя гостиница не создавала впечатления переполненной.

– Да, – он потянулся к кошельку, в котором еще оставалось несколько крупных купюр из разряда «на всякий случай». – Два.

– Есть на третьем и четвертом этажах. Вам какой?

Келер подумал о том, что после шестидесяти разница между третьим и четвертым этажами уже ничтожно мала, но только махнул рукой.

– Все равно. Какой получше?

– В триста первом новая душевая кабина и большой телевизор, а в четыреста десятом, к сожалению…

– Вот, триста первый внучке моей.

Он вышел на крыльцо. Сосульки облепили стены и провода у входа, с них капала вода, прямо в уже переполненную урну. Девушка стояла спиной к нему, разглядывая зажатую между тонкими пальцами сигарету. В сыром воздухе витал легкий едкий дымок.

– Девушка, – тихо позвал Келер. Он так и не знал, как ее зовут. Впрочем, провести в ее компании столько времени он тоже не планировал.

Она обернулась. Капюшон слетел с ее головы, волосы под порывами ветра налипали ей на лицо. Она выпустила в тонкую струйку дыма и убрала волосы со лба. Келер молча протянул ей ключ от номера.

– Спасибо, – она торопливо спрятала ключ в карман, словно боялась, что Келер передумает. – Вы знали, что я не ушла?

– Я видел, что кто-то дымит на лестнице, – сознался Келер.

– Что ж, хоть какая-то польза от этой привычки, – она затушила окурок о край урны и шмыгнула носом, вжав голову в плечи.

– Идите уже, отдыхайте. Номер до двенадцати. Надеюсь, вы просыпаетесь раньше.

Она кинула и почти вприпрыжку побежала двери.

– Кстати, – она обернулась, едва приоткрыв дверь. – Меня зовут Лера.

– Очень приятно, юная интриганка.

Келер задержался на крыльце. Вдохнул прохладный сырой воздух. Над ним, облепленная тяжелыми сосульками, угрожающе раскачивалась вывеска еще не открытой аптеки, а справа и слева – чужой хмурый город.

Номер как номер. Не самый лучший и относительно недорогой. Аккуратно застеленная кровать без покрывала, небольшой телевизор на стене, одинокая тумбочка и две унылые вешалки в шкафу. На полочке для обуви лежала табличка «не беспокоить».