Прощай, Саша

Заглянула мама. Ее щеки заметно порозовели, а глаза поблескивали. Она попыталась мне подмигнуть.

– Вот он где. Затворник.

– Да я просто…

– Саша, заходи. Он тут. Стесняется.

Возражать и злиться было поздно. Из-за спины мамы показалась девочка. Чуть выше меня, худенькая, в серой футболке и шортах. Длинные волосы убраны за уши, а из-под низкой челки на меня смотрели два прищуренных глаза. Мама обняла ее за плечики и мягко протолкнула в мою комнату.

– Слава, развлеки гостью. А то нам с тетей Ниной пока не до вас.

Мама ушла так же неожиданно, как и появилась.

Саша стояла в дверях, поджав тонкие губы разглядывала мою комнату без особого интереса. Наверное, нужно было поздороваться, но я сделал вид, что читаю и очень увлечен книгой. Саша неспеша прошла к окну, посмотрела вниз, опершись на подоконник. За окном то ничего интересного, кроме гогочущей шпаны и майских жуков, бьющихся в стекло. Она некоторое время разглядывала что-то внизу, потом торопливо вышла и, видимо, вернулась в зал.

Долго не мог заснуть. Думал о том, что хорошо бы стать очень сильным. Как десять, а лучше, как сто человек. Тогда можно было бы без страха ходить, где угодно и когда угодно. Хоть ночью, хоть даже на дискотеку, которая гремела и сверкала всеми огнями за полем по вечерам, а днем там мирно торговал всякими железками и старыми машинами авторынок. С этими мыслями я уснул, накрывшись одеялом с головой.

Когда я проснулся, мамы уже не было. Она уходила в свой институт рано, еще до занятий, которые там у учеников, не смотря на лето, никак не хотели заканчиваться.

Однажды я был у нее на работе в кабинете с высокими потолками и шкафами, заваленными старыми книгами. Мне дали попечатать на настоящей печатной машинке, которая громко стучала тонкими молоточками по желтой бумаге, и поиграть с калькуляторами на складе. Никогда не думал, что калькуляторов бывает столько: от огромных с полстола с красными ламповыми цифрами до тонких с солнечной батарейкой, которые легко помещались в карман. А вот книги там были неинтересные – пыльные, на желтой бумаге и без картинок.

Я натянул шорты и футболку и пошел на кухню. Раньше можно было и не одеваться, но теперь то у нас гости, которых нужно вроде бы как стесняться. По пути я заглянул в приоткрытую дверь зала. Мамин диван был сложен. На толстом матрасе на полу спала Саша, завернувшись в одеяло и высунув одну худенькую ногу. Ее волосы растрепались по подушке, и лица не было видно совсем.