#КрымВсем

На крик у костровища из палаток стали выглядывать обитатели Свободного города. Первыми появились Кнут и Кит. Они подошли поближе, но пока не понимали, стоит ли им вмешиваться. Потом показался Потап. У меня мелькнула мысль – чтобы он сделал, если бы увидел эту истеричную самку богомола, сидящей в его кресле минутой назад? Хорошо, что она истерила уже стоя. Тем не менее, Потап своё слово сказал:

– Женщина, на своей кухне будете орать. Вы не у себя дома.

Та осеклась на мгновение и зло оглянулась в сторону Потапа.

– Господи, Содом какой-то! – простонала она.

Тут вышла Ночь. Она тоже была не одета. Подойдя к Паше, она положила ему на плечо руку:

– Это она?

Паша коротко кивнул, поджав губу. Я вообще заметил, что ещё вчера монументально спокойный, он теперь то нервно теребил пальцами рукав халата, то часто моргал или, как сейчас, кусал нижнюю губу.

Его супруга при этом заняла самую агрессивную позу уверенности в собственном превосходстве, какую видимо могла.

– А-А-А! Вот они Адам и Ева снова вместе!!!

Коротко хохотнув, она закончила:

– Ты с ней что ли спишь теперь? Так зачем тебе квартира в Сибири! Милым и рай в шалаше! – развела она руками по сторонам.

Паша побагровел, плечи его расправились, и он впервые поднял горящие глаза. Сказать ничего не сказал, потому что его крупно затрясло. Но вместо него вперёд, как тигрица, готовящаяся к прыжку, выступила Ночь.

– Лучше беги отсюда, – она отвела крутые бёдра и нагнулась за тонким, но плотным паленом у ног.

Супруга Павла осеклась и отступила на шаг. Потом мне показалось, что она сейчас заплачет, потому что опустила тонкий подбородок к груди и подняла руку к лицу. Но она подняла очки на лоб, сощурилась на Павла и сквозь её зубы просочилось:

– Я засужу тебя, понял. – Даже не вопрос. Угроза. Приговор. – Жизни тебе точно не будет.

Потом сделала несколько шагов назад и, будто вспомнив, вытащила телефон и быстро сфотографировала нашу компанию, стараясь захватить в кадре нагих Ночь и Потапа и самого своего супруга, едва прикрытого халатом.

Ночь не сдержалась и замахнулась в её сторону поленом, но всё-таки не кинула. Супруга поспешила поскорее отступить подальше и, гордо задрав подбородок, резко зашагала обратно к поселку.

Все смотрели ей вслед молча.

Минуту мы следили за удаляющейся фигурой, потом я посмотрел на Пашу.