#КрымВсем

Дрыщ, по терминологии здоровяка, продемонстрировал яростный порыв и зашвырнул мебель далеко в волны.

Толстяк медленно повернулся вслед за стулом, и, увидев его судьбу, неожиданно громоподобно взревел и бросился на врага. Это был его стул.

Каким-то чудом худому удалось увернуться от летящей на него массы и, не дожидаясь стартового сигнала, он рванул вдоль линии волн, пятками взметая за собой мелкие камешки.

Когда толстый, преодолев инерцию, повернулся, его противник набирал скорость уже в пятнадцати метрах от лагеря и не думал останавливаться.

Толстый победоносно выпрямился, из под нахмуренного лба тяжело глянул на свидетелей его победы, стоящих вокруг, и грузно зашагал к воде вылавливать свой стул.

Худой же метров в пятидесяти сбавил ход и теперь просто шёл, удаляясь от лагеря. Он вряд ли ожидал погони.

– Привет! Друзья! – жизнерадостно подал голос Кит.

Все повернулись к нему и, как в один голос, хором ответили:

– Привет!

Потом по очереди подошли, кроме толстого. Каждый обнял.

– Смотрю, у вас весело, – продолжал улыбаться Кит.

– Да уж. Хохочем ежедневно, – вяло прошептала высокая деваха, полупрозрачный балахон которой не скрывал от глаз голую грудь пятого размера с большими темными сосками. Грязно зелёный цвет балахона и копна пепельно черных волос почему-то рождали у меня красочный образ болота, водяных и ведьм. Ведьма продолжала:

– С тех пор, как приехал Кнут, они с Потапом выясняют отношения. Потапа ты знаешь. Ну и Кнут не сдаётся. Артачится.

Она взглянула на нас с Леськой, сперва заметив мою жену и оценив её целиком, потом задержав взгляд на мне.

– Это ребята со мной – дружелюбно повернулся к нам Кит. – В Феодосии познакомились. Это Олеся. Это Артур.

– Вы случайно, не король? – протянула насмешливо болотная ведьма, обращаясь ко мне.

Я только выразительно поджал губы, потому что мне даже сказать пока было нечего, и помотал головой.

– Жаль… – протянула деваха и, томно качнув бёдрами, от чего галька под её пятками скрипнула, поплыла к лежаку у костровища.

Мы за ней. Кит представил нас с Лесей всем, расположившимся вокруг огня.

– Это ПашА. – с ударением на последнюю гласную указал он на бородатого богатыря в полосатом халате, – он у нас оперу поёт.

– Павел, – сочным баритоном представился тот и протянул мне руку.

Это Тошка. – Кит показал на взъерошенного худощавого парня, брови, небритые клочки на щеках и жидкие волосы на голове которого выцвели и делали весь облик его неопределенным.