Под искрами дней

Вчитываюсь и понимаю: в нем каждая строка – главная, к нему лейтмотивами, темами, интонациями сходятся все и другие стихи, это – хребет, спинной мозг всей книги. Не буду приводить его полностью, оно есть, и вы его сами прочтете, но процитирую первую строку:

Здесь скудное пространство для стихов…

А дальше из обычной бытовой ситуации вырастает целый поэтический мир – удивительная, пронзительно жизненная философия с заключительным точным попаданием слова в цель:

Как часто то, чего в помине нет,

для нас потом всех памятней бывает.

Писать, а тем более говорить о лирике Саши Ирбе можно много и интересно, но каждый понимает ее сообразно своему жизненному опыту, структуре своей души.

Так, если в ранних стихах Ирбе, по мнению Бориса Тарасова, ее героиня, погружаясь в мир, где рушатся мечты, где незаметно стирается и погибает в человеке человеческое, находит в стихах спасение, то Ирбе нынешняя знает много больше и нередко пользуется поэтической строкой теперь уже для подтверждения личного, вразумляя читателя с любовью.

И в этом ее безусловная правда!

В финале камерной поэтической симфонии, сокрытой в названии «Под искрами дней», история, одна из тех, которые на удивление хорошо удаются автору. «Надежда Петровна» – стихотворение, будто выпорхнувшее из того лучшего, что писалось в веке двадцатом – веке советской фундаментальной и без сомнения мастерской лиры. Вчитываясь в строки и строфы поэмы «Надежда Петровна», встречаешь и доверие, и надежду одновременно. И то, что она анатомически живая, не оставляет никакого сомнения.

И в этом тоже Саша Ирбе и ее поэзия – продуманная, проверенная, существующая на грани горя и счастья, боли и обезболивания, жизни и…

Прорастала поэзия в весны,

заполняла поэзия быт.

И теперь и спокойно, и просто,

через небо, пространство и звезды,

не теряя осанку и поступь,

до сих пор она в нем говорит.

Безусловно, Саша Ирбе – один из тех словопроходцев, кто обладает удивительным и одновременно узнаваемым проникновением естественного в многомерность человеческой души.

Ее лирический почерк, выходя-выпархивая за рамки традиционного, не нарушает основной природы бытия. Ее строфа – не эксперимент и не вызов, а скорее, полихроматизм чувств, стремление выставить правильный диагноз, дать верное название происходящему вокруг и предложить выход, – Саше это удается. Создаваемое ею – необходимо! И оно останется таковым, потому как произрастает из честного и верного высшему корня словесности.