Письма к морю

О, кто подумать мог, что придётся мне,

Мне, страдальцу образов иконных,

Мне, зревшему лишь смерть во сне,

Простившему весь мир по божьему закону,

Вспоминать о той, кто сердце разорвал,

Вместе с ней и душу, и мечты,

Как будто бы вчера её я обнимал,

Утаивая боль и страх небесной красоты.

Исповедь Раба

Я – несчастный раб мечтаний,

Раб печалей, раб страданий,

Чувств прислужник,

Раб воспоминаний.

Я ненавижу жизнь, что живу сейчас.

Она была одним из шансов что-то изменить.

Перед сном в полночный час

Я понимаю, как бы мог её любить,

Быть счастливым и счастье ей дарить,

Как бы мог отдать я даже душу,

Чтоб с ней одною вечность быть.

Пять минут

Вот бы пять минут с тобой поговорить.

Тебя увидеть раз последний,

При Луне с тобою боли проводить

И вздохнуть последний раз, как в первый.

Всю жизнь мечтал, ты знаешь ведь,

Глас твой слышать и усмешки,

Забыть о том, что есть на свете смерть

И жить тобой без всякой спешки,

Но ты уйдешь, всего лишив меня:

Нежных чувств, желаний, лика.

Прошу, не оставляй и книги:

Они ведь тоже часть меня.

Для вас, но без меня.

Засыпаешь в тяжкой дали от меня,

Глаза открываешь, улыбаясь не мне.

Птицы поют за окном, крыльями звеня,

Капель стучит, Апрель звучит.

Для вас, но без меня.

И что же с этим всем поделать, подскажи?

Неужто всё – пора мне умирать после всех перипетий?

Ну, Родная! Как? Зачем мне жить? Просто покажи.

Раствориться в бесконечно бренном бытии?

Я отказываюсь от жизнь той, где не ты со мною рядом.

Я говорю «нет» утру, в котором вижу не твой лик.

Я запрещаю себе думать о тебе, не как о главном.

Поверь: для нас всё это вовсе не последний стих.

Клянусь

Не по чему так не скучал, как по твоим глазам.

Это мерзкое чувство не передать словами.

Друг для друга в разных океанах мы стали островами.

Я устал любить тебя мечтами.

Устал я воздыхать годами

и измерять людей сотворенными грехами.

Как же тяжко ненавидеть мир из-за того,

что душу твою не целовал губами.

Я ненавижу, а ты закрылась за пятью дверями,

тихо в глубине души желая,

чтоб я открыл как раньше их ключами,

что однажды подарила, пока не спали ночами.