Второй и Первая

Молчавшая до сих пор Вероника решила, наверное, совершить подвиг и произнести целую фразу.

– Я впервые ужинаю в пустом ресторане. – Она восторженно осмотрела огромный зал. – Это так удивительно и прекрасно… – Ее голос дрогнул и затих, в конце зазвенев, как разбитый хрусталь.

– И сколько раз в жизни ты ужинала в ресторанах? – не удержался от насмешки я, стараясь не обращать внимания на горящие восхищением глаза. Знаю, пустой сияющий зал производит нехилое впечатление.

– Два, считая этот, – тихо ответила она.

Я издевательски рассмеялся:

– Пашка, что ж ты экономишь на девушке? Наточку, помню, водил ко мне каждую неделю. Да и одета Ника так себе. Сводил бы ее в бутик, одел бы нормально… Тебе не стыдно рядом с ней?

Леха, сидевший рядом, ощутимо толкнул меня локтем. Я сделал вид, что не заметил. Зато заметил, как у девушки задрожали губы. Она низко опустила голову.

– У нас все впереди. – Павел обнял ее за плечи и чмокнул в щеку. – Правда, Ника?

– Да. – Голос у девушки был уже не таким ликующим.

Нужно еще добавить горечи.

– А ты представил Веронику родителям? – поинтересовался я мимоходом.

– Еще нет, – выдавил Пашка. – Собираюсь на днях…

Я насмешливо фыркнул и отсалютовал ему столовым ножом, зажатым в руке.

– А Нату познакомил уже через неделю. Он тебе рассказывал, как это было? – Я уставился Нике в лицо и с удовлетворением отметил, как оно побледнело, как напряженно сжались губы, каким затравленным стал взгляд. – Представляешь, он встал на колени… – как ни в чем не бывало продолжал я.

Пашка резко вскочил из-за стола.

– Не знаю, что сегодня у тебя за настроение, Сергей, – напряженно произнес он, дергая Нику за собой, – но нам пора. Поговорим, когда протрезвеешь.

Значит, он решил, что я пьян? Что ж, объяснение не хуже и не лучше многих. Так даже предпочтительнее. Понятнее.

Зашуршала одежда, хлопнула дверь. Ушли. Леха пошел их провожать, я остался сидеть за столом, сжимая в руках нож. Хотелось что-то расколотить.

Хотя… Еще не вечер. Кто знает, как он закончится?

– Что это было? – вернулся Алексей и сел напротив.

Я пожал плечами.

– Осточертело все!

– Ясно. – Старому другу не нужна была причина. Такого объяснения было достаточно. Периодически у каждого из нас бывали времена, когда «все осточертело». Леха взял бутылку и разлил по стаканам коньяк.