Комедия ангелов

Пойми, что вечность создаём мы сами

И надобно увидеть без прикрас

Деяния свои на бренном ложе

Безумства и пылающих проказ.

Мы созданы не ангелами всё же,

Такая ипостась нам не с руки.

Лишь сущность неба выжить нам поможет,

Срывая возбуждений лепестки.

Но мы слабы в потугах совершенства,

От коего безбрежно далеки.

85 Но оставлять в неведенье блаженства

Соратника, как алчущего пса, —

Преступное деяние агентства,

Которому подвластны небеса…

А вот звезда, поменьше, чем другая,

Но тоже сотрясает небеса.

91 Давай-ка облетим её по краю…»

Глава 13

(1429 г.)

1 Настойчиво, хотя и не со злости,

Меня взяла обида за грудки:

«Зачем же мы на давешнем погосте

Гостили у испанца? Не с руки

Нам было что ли повернуть с дороги,

Хотя б на градус, это ж пустяки,

Зато такой бы не было мороки

И всё путём…» – «Шалишь, браток, шалишь.

Когда бы не уверенность в итоге

И в том, что ты отменно “устоишь”,

Сидеть тебе б у тёплого камина

И наблюдать, как кот гоняет мышь,

13 Заплесневеть и сгинуть! Что за мина,

Которую подводят под себя

Поклонники словес неутомимых,

Повсюду рассыпая и дробя

Причудливые выдумки досуга.

Но разве то касается тебя?», —

Он глянул вопросительно упруго

Под маскою лукавства своего,

Как будто тайно взвешивал для друга

Минутную растерянность его

И наслаждался принятым решеньем

В него поверить.

25 Но кто не озабочен совершеньем

Успешного продления пути,

Тот может восхищаться украшеньем,

Что только здесь возможно обрести.

Зачем же избегать того соблазна,

Что вдруг к тебе задумал снизойти.

Оно и впрямь пылало так прекрасно —

Созвездие таинственных глубин.

Неодолимо, трепетно и страстно

Алел по центру пламенный рубин.

А вкруг него, мерцая суетливо,

Роился звёздный отблеск. Как один

37 Огромный улей, что гудит тоскливо

В предощущенье тягостных потерь,

Но всё же ожидая терпеливо,

Пока вершится эта канитель.

Он, как толпа, дивился узнаваньем

Ворот небесных, сорванных с петель.

Как русский бунт томится оправданьем,

Так это скопище безвестных крох

Снедалось неким грозным ожиданьем,

Где непременно чудится подвох:

«Какое ослепительное буйство!»

«Созвездье Жанны Д’Арк, – донёсся вздох.