Стихами говорит любовь

…Можно я о тебе подумаю,

Чтоб душа позабыла крик?

***

Расцвёл рассвет бутонами надежды,

Но тёплые лучи его бледны.

Наряжен лес в прелестные одежды,

Но лишь на миг они ему даны.

И мы с тобой легко и слепо вторим

Осеннему покою в унисон.

Томительной тревоге дверь отворим,

Впуская равнодушие в свой сон.

Туманный дождь, в унылый двор ворвавшись,

Стучит по листьям трепетных берёз,

Воспоминаньем-радугой оставшись

На небосклоне опустелых грёз.

Наивный стих меняется на прозу.

И веет пустота со всех сторон.

Бледнеет с каждым днём румянец розы,

Устало наклонившей свой бутон.

Горит закат прощально-алым светом,

И ветер стал упрямей во сто крат.

Погас огонь влечения. И в этом

Никто из нас двоих не виноват.

***

Отпустите меня, мысли грустные,

Ночью, бедную сновидением.

Скрою вас ото всех искусно я:

Суета будет мне спасением.

Отпустите меня, мысли серые.

Вам бы слиться с дождём непрошенным,

Превратиться в метели белые,

Полететь по лугам некошеным.

Отпустите меня, мысли едкие!

Или вам это в удовольствие?

Как безвольная, в вашей клетке я.

Боже, дайте глоток спокойствия!

Отпустите меня, мысли жгучие.

Дай забыться, ночь непогожая.

… Тот, кого не встречала лучше я,

Мне не скажет: «Моя хорошая»,

Не подарит мгновенья светлые,

Ласки нежные и заветные.

Отпустите меня, мысли бледные,

Приближая лучи рассветные.

***

Извилистой тропой к тебе мой сложен путь:

То к сердцу твоему спешу я быть поближе,

В твои объятия чтоб душу окунуть,

То птицей от тебя хочу я упорхнуть,

Сказав тебе в ответ: «Пусти меня, пусти же!»

Бескрайний лабиринт, бездверный коридор…

Себя в потоке дней невольно я теряю,

Стараясь не дарить тебе усталый взор…

Но сердца моего ты благородный вор,

Поэтому, кляня, тебя благословляю.

Родительскому дому

Настала пятница – сбежав от суеты,

С которой я не так давно знакома,

Спешу в края целебной доброты –

В объятия родительского дома.

При встрече мама, нежно, как всегда,

Меня обнимет прямо на вокзале.

И не страшны становятся тогда

Мне никакие беды и печали.

Когда же папа, улыбаясь мне,

Стеснительно, но крепко поцелует –

Сгорит моя усталость, как в огне,

А всю тревогу – будто ветром сдует.