Дом для Лиса

– Думаю, нет, – поразмыслив, вздохнула Соня, – Аманда не злая и дочь свою любит, жизнь у нее не складывается, вот она и лезет в бутылку.

Какое-то время Лис смотрел в окно.

– А снег здесь бывает? – спросил он.

Танцующие в камине языки пламени отражались в его глазах зелеными всполохами.

– Я взяла три билета до Цюриха, там есть снег и елки настоящие.

– Макс приедет?

– От него это мало зависит. Даже если не сможет, лучше мы там отдохнем, здесь без нас обойдутся, – она ощутимо вздрогнула и, резко сменив тон, добавила, – Крис снега никогда не видела, согласись, не порядок.

Конечно, Лис согласился. В Цюрих или Тимбукту не имело значения, и нежелание Сони оставаться на праздники дома казалось вполне естественным. Какой новый год без снега, в самом-то деле!

– На какой день ты договорился с приятелями? – вдруг вспомнила Соня, очнувшись от невеселых своих раздумий.

– На послезавтра, – улыбнулся Лис.

Он совершенно не был уверен, что приедет хоть кто-то. Его приглашение встретили с воодушевлением, но, услышав, где он живет, моментально сникли.

Оказалось, все знали этот район, он считался весьма престижным и удаленным от жилищ простых смертных. Изабэла сразу окрестила Лиса «мажором», а Рик, горестно вздохнув, заметил, что это обстоятельство «многое объясняет», при этом отказываться в открытую никто не стал.

– Придут, не переживай, – словно прочитав его мысли, сказала Соня и, привычным жестом потрепав его по загривку, встала и подошла к камину.

Отсветы пламени запрыгали на ее волосах, окутав ее хрупкую точеную фигурку волшебным сияющим ореолом.

Поправив прогоревшее с одной стороны полено, она взяла с каминной полки его тетради с примерами и вернулась на прежнее место, включила висевшее над креслом бра.

– Кстати, о математике, чего тебе собственно непонятно?

Лис выразительно поморщился, но она не обратила на него ни малейшего внимания и, только пролистав все решенное и нерешенное, удивленно посмотрела на него:

– Если ты сам решал, я ничего не понимаю, где проблема?

Лис приставил палец к виску на манер пистолета, дернул головой, изображая выстрел.

– И что сие значит? – усмехнулась Соня.

– Скучно и тупо, – буркнул он, – и ничего у меня не получается.

– Чего не получается? – переспросила Соня, листая тетрадь, – Судя по тому, что я тут вижу, все получается.

– Я считаю в уме, а надо расчленять десятки и единицы, а так, я путаюсь и сбиваюсь и дроби эти распроклятые.